На Кириллов, Белозерск, Череповец

Дорога A119 вела меня на северо-запад, и попутный ветер обеспечивал прикрытие с тыла. Мимо проплывали поля, озёра, деревни. Я не уставал любоваться красотой вологодской земли. Дорога была хорошего качества, только ближе к Кириллову начались неотремонтированные участки. Под конец дня я проехал мимо таблички, которая гласила, что я въехал на территорию национального парка «Русский Север». Подумалось, что есть в этом что-то символическое. Я съехал с дороги и поставил палатку не доехав немного до деревни Никольский Торжок. Было трудно найти ровное место из-за высокой травы, но хотя бы было сухо.

На следующее утро я вернулся на дорогу и вскоре свернул на грунтовку в деревне Закозье. О ней мне рассказал накануне Сергей Иванов — эта дорога идёт мимо многочисленных озёр и небольших деревушек. Но самым большим плюсом этой дороги, пожалуй, является то, что она пустая. Было приятно оставить позади шум машин и прокатиться в тишине погожего утра.

Прибыв в Кириллов, я посетил магазин и направился в Кирилло-Белозерский музей заповедник. Я оставил велосипед на стоянке у Казанской башни и прогулялся по территории налегке. Мощные стены и древние церкви монастыря производят впечатление, и его можно было бы назвать атмосферным местом, если бы не толпы народа, курсирующие по нему без остановки. Музей явно не обделён вниманием со стороны как отечественных, так и иностранных туристов.

После осмотра монастыря я выехал на Белозерскую улицу и продолжил свой путь на северо-запад. Эта дорога на Белозерск также не покрыта асфальтом, а ещё разделена рекой Шексной, через которую организована паромная переправа. У меня была неверная информация, что паром каждый круглый час отправляется с дальнего берега, а каждый половинчатый час (15:30, 16:30 и т.д.) — с ближнего. На самом же деле паром действительно каждый час отправляется с дальнего берега, но, подобрав всех на ближнем берегу, сразу же возвращается обратно. Поэтому, когда я в пятом часу подъехал к берегу, паром уже отчалил на ту сторону. Было вдвойне обидно, ведь я опоздал всего на несколько минут. Но ничего нельзя было поделать, пришлось ждать следующего заезда. Хорошо, что есть книга, которая всегда выручает в такие моменты.

Из-за задержки я подъехал к городу довольно поздно, так что решил не соваться туда на ночь глядя и поставил палатку в поле недалеко от въездного монумента. Наутро я постарался как можно раньше оказаться в центре, пока свет ещё не слишком резкий и можно получить неплохие снимки. Я посетил Белозерский кремль, а потом ещё немного поездил по округе. Побывал и на набережной Белозерского канала, откуда по мостику можно перейти на городской пляж — там уже виден водный простор.

Нагулявшись по Белозерску, я набрал воды в одной из многочисленных городских колонок и поехал в Череповец. Туда ведёт неплохая дорога — может, она и не очень новая, но все выбоины усердно замазаны. Есть петляющие участки, есть довольно высокие горки — в целом не соскучишься. Поначалу машин практически не было, но по мере приближения к Череповцу трафик всё уплотнялся.

Удивительное дело, но в этом финишном заезде велосипед стал работать как новенький: один за другим устранились все досадные стуки и звяканья, трансмиссия работала как часы, цепь вертелась бесшумно, а передние спицы и не думали лопаться. Мой Крепыш словно говорил мне: верь меня, верь в Дорогу, я и домчу тебя куда угодно.

Спустя восемь часов я был в Череповце.

Поля

Поля

поля

поля

кругом поля.

кругом поля.

Следующая остановка пустота.

Следующая остановка пустота.

Кубенское.

Кубенское.

Церковь Троицы Живоначальной.

Церковь Троицы Живоначальной.

Молодое поколение скворцов.

Молодое поколение скворцов.

Уборка сена.

Уборка сена.

Поле, озеро.

Поле, озеро.

Ячмень.

Ячмень.

Всё что выше.

Всё что выше.

Вынутый грунт.

Вынутый грунт.

Рулончики сена.

Рулончики сена.

Родник.

Родник.

Озеро Вазеринское, д. Вазеринцы.

Озеро Вазеринское, д. Вазеринцы.

Колдома.

Колдома.

Вагончик на въезде в Кириллов.

Вагончик на въезде в Кириллов.

Восточная стена монастыря, Московская башня.

Восточная стена монастыря, Московская башня.

Проходим внутрь.

Проходим внутрь.

Окошки.

Окошки.

Новый Город

Новый Город

уже не такой уж и новый.

уже не такой уж и новый.

Ивановская горка: церковь Сергия Радонежского, церковь Усекновения Главы Иоанна Предтечи.

Ивановская горка: церковь Сергия Радонежского, церковь Усекновения Главы Иоанна Предтечи.

К обороне готовы.

К обороне готовы.

Проходим в ворота и попадаем из Иоанно-Предтеченского в Успенский монастырь.

Проходим в ворота и попадаем из Иоанно-Предтеченского в Успенский монастырь.

Успенский собор.

Успенский собор.

Церковь Архангела Гавриила, Преображенская церковь.

Церковь Архангела Гавриила, Преображенская церковь.

Открыто.

Открыто.

Среди каменных стен.

Среди каменных стен.

Архимандричьи кельи.

Архимандричьи кельи.

Святые врата и надвратная церковь Иоанна Лествичника.

Святые врата и надвратная церковь Иоанна Лествичника.

Возведена в 1572 году на вклад сыновей Ивана Грозного — Ивана и Фёдора.

Возведена в 1572 году на вклад сыновей Ивана Грозного — Ивана и Фёдора.

Возвышаясь над главным входом в монастырь, храм выглядел нарядно и торжественно.

Возвышаясь над главным входом в монастырь, храм выглядел нарядно и торжественно.

Стены Святых ворот богато украшены росписью.

Стены Святых ворот богато украшены росписью.

Роспись была исполнена в 1585 г. "старцем Александром со своими учениками со Омелином да с Никитою".

Роспись была исполнена в 1585 г. «старцем Александром со своими учениками со Омелином да с Никитою».

Это один из самых ранних и полных образцов декора монастырских врат.

Это один из самых ранних и полных образцов декора монастырских врат.

Успение Пресвятой Богородицы.

Успение Пресвятой Богородицы.

Господь Саваоф.

Господь Саваоф.

За монастырскими стенами ляпота.

За монастырскими стенами ляпота.

Плещется Сиверское озеро у Свиточной башни, плавают утки.

Плещется Сиверское озеро у Свиточной башни, плавают утки.

Тянутся гуськом отдыхающие.

Тянутся гуськом отдыхающие.

А стены стоят, им хоть бы хны.

А стены стоят, им хоть бы хны.

Стоит и Кузнечная башня.

Стоит и Кузнечная башня.

Рядом с монастырём сохранился Казанский храм, бывший некогда кафедральным собором города.

Рядом с монастырём сохранился Казанский храм, бывший некогда кафедральным собором города.

Прощальный взгляд.

Прощальный взгляд.

Пора немного передохнуть перед рывком к парому.

Пора немного передохнуть перед рывком к парому.

Опоздал. Вдруг кому-то пригодится.

Опоздал. Вдруг кому-то пригодится.

Река Шексна.

Река Шексна.

На пароме.

На пароме.

Переправляются не только люди.

Переправляются не только люди.

Вологодские бурёнки.

Вологодские бурёнки.

Под Белозерском.

Под Белозерском.

Вечер.

Вечер.

Утро.

Утро.

У Рюрика и Трувора я уже был, остался Синеус.

У Рюрика и Трувора я уже был, остался Синеус.

Уютно здесь.

Уютно здесь.

Утренний город пуст.

Утренний город пуст.

Улица.

Улица.

Сергей Орлов.

Сергей Орлов.

Белозерский кремль.

Белозерский кремль.

Поднимаюсь на вал.

Поднимаюсь на вал.

Отсюда хороший вид на мост через ров.

Отсюда хороший вид на мост через ров.

По валу можно гулять.

По валу можно гулять.

Музей "Русская изба".

Музей «Русская изба».

Здание архива.

Здание архива.

В честь 625-летия Куликовской битвы.

В честь 625-летия Куликовской битвы.

Спасо-Преображенский собор, 1668-1670-е гг.

Спасо-Преображенский собор, 1668-1670-е гг.

Стены.

Стены.

Дверь.

Дверь.

Притвор.

Притвор.

Луна и рябина.

Луна и рябина.

Советский Вал, дом номер восемь.

Советский Вал, дом номер восемь.

Pac-Man на асфальте.

Pac-Man на асфальте.

С вала видны город и озеро.

С вала видны город и озеро.

Жёлтый домик.

Жёлтый домик.

Сергей Орлов.

Сергей Орлов.

Церковь Всемилостливого Спаса, 1716-1723 гг.

Церковь Всемилостливого Спаса, 1716-1723 гг.

"Спасатель" на канале.

«Спасатель» на канале.

Озёрная рябь.

Озёрная рябь.

Кошка на набережной.

Кошка на набережной.

Вид с моста через канал.

Вид с моста через канал.

Городской пляж.

Городской пляж.

Белое озеро.

Белое озеро.

Водопой.

Водопой.

Руины церкви Спаса Нерукотворного Образа, 1716 г.

Руины церкви Спаса Нерукотворного Образа, 1716 г.

В Череповце много долгих светофоров.

В Череповце много долгих светофоров.

Перед каждым стоишь минимум по минуте.

Перед каждым стоишь минимум по минуте.

Велосипедистов хватает.

Велосипедистов хватает.

Октябрьский мост.

Октябрьский мост.

Река Шексна.

Река Шексна.

Рыбачки на мосту. Город вплотную подобрался к воде со стороны Зашекснинского.

Рыбачки на мосту. Город вплотную подобрался к воде со стороны Зашекснинского.

Перекрёстки украшены белыми цветами, <a href="trips/russian_north/entry1/">прямо как в Пинске</a>.

Перекрёстки украшены белыми цветами, прямо как в Пинске.

Дороги широки.

Дороги широки.

Ещё один светофор.

Ещё один светофор.

Пока меня не было, вырос целый новый город.

Пока меня не было, вырос целый новый город.

Там, где мы слушали птиц и запускали самолётики, стоят дворцы.

Там, где мы слушали птиц и запускали самолётики, стоят дворцы.

Ещё один поворот.

Ещё один поворот.

Арка. Конец пути.

Арка. Конец пути.

На Вологду

Я проснулся на острове Ягры, собрал вещички и покатил велик по побережью в сторону городского пляжа. Погода обещала быть ласковой и недождливой — по крайней мере первую половину дня. Оказавшись в цивилизации, выехать из города не составило труда: попадаешь на Ягринское шоссе, затем на Архангельское, а дальше прямой путь по М8. Дорога в Архангельск хороша, с приличной обочиной. Есть и любопытные объекты, вроде висячего моста в д. Шихириха.

В полдень я прибыл в Архангельск. На Северодвинском мосту мне встретился дружелюбный парень на велосипеде, мы с ним немного поболтали. Он поведал мне о своём отдыхе в Крыму; о том, что и сам рванул бы туда на велосипеде своим ходом, будь у него на это достаточно времени. Потом он поехал по своим делам, а я по своим. Стандартные процедуры: банк, продуктовый, велосипедный магазин. В последнем я купил новую камеру, масло для смазки цепи, новые педали взамен треснувших (так и не поменял — не было ключа). Следовало также купить новую покрышку, но я об этом ещё не знал.

Затем, как водится, прокатился по городу. Обводный канал, ул. Гагарина, набережная. На площади профсоюзов спустило переднее колесо, и я остановился возле часовни Матроны Московской, чтобы заделать прокол. Оказалось, что он возник из-за отверстия в покрышке. Я залепил покрышку изнутри дополнительным куском резины, поставил заклеенную камеру и поехал дальше.

Накатавшись по Архангельску, я снова проехал по Северодвинскому мосту и выбрался на Вологодское шоссе. На самом деле это было ошибкой, потому что я ещё хотел осмотреть старинные церкви в Заостровье, а туда логичней было бы свернуть с северодвинской дороги. И всё же я не отказался от идеи и повернул на Фельшинку.

В Рикасово, где стоят Сретенская и Покровская церкви, я прибыл около шести часов. Нужно было думать о ночлеге. Дорога, связывающая Заостровье с Вологодским шоссе, узка и выложена плитами, вдоль неё тянутся канавы и болотистые кусты, а также большое кладбище. Не слишком привлекательные условия для установки палатки. В итоге я остановился в поле возле замотанного в плёнку стога сена, укрытый от дороги деревьями и кустарником. Едва я успел поставить палатку, как пошёл дождь. Другим происшествием того вечера стало то, что аккумулятор, служивший мне верой и правдой до тех пор, внезапно разрядился. Я остался без энергии, что грозило прежде всего нерабочим фотоаппаратом. На солнечную батарею было мало надежды, учитывая погодные условия. Это заставило меня в очередной раз пожалеть, что я не зарядился в Архангельске. А всё потому, что я слишком поздно отправил запросы местным членам Warmshowers: они ответили мне лишь несколько дней спустя, когда город остался далеко позади.

Выбравшись утром из палатки, я с ужасом обнаружил, что оказался в воде. За ночь поле затопило дождём, и вода стояла вокруг палатки и велосипеда, прислонённого к запечатанному стогу. Дождь меж тем не прекратился и продолжал накрапывать. В таких условиях мне пришлось собираться и отправляться в путь.

Я выбрался на Вологодское шоссе, а затем свернул на Архангельское шоссе, ведущее в Новодвинск. Не успел я проехать развязку, как переднее колесо с громким свистом спустило вновь. Конечно, пришлось немедленно остановиться и заняться ремонтом под накрапывающим дождём. Так я выяснил, что резина не годится в качестве заплатки на покрышку. Ничего более подходящего у меня не нашлось, поэтому я достал стельку из ботинка, отрезал кусок и прикрыл им отверстие.

Мои старания позволили проехать ещё пару километров, прежде чем колесо спустило снова. Пришлось повторить ритуал ремонта, на этот раз лишь с той разницей, что я был вынужден полностью сойти с дороги ввиду отсутствия удобной обочины, да ещё дождь несколько усилился.

В конце концов я доехал до Новодвинска. Не иначе как волей провидения я наткнулся на спортивный магазин. Я поспешил зайти туда и купить новую покрышку. Рядом со входом имелась удобная площадка под нависающим балконом, и я воспользовался ей, чтобы заменить покрышку, не страдая от потоков дождя. Наконец-то я освободился от этой проблемы и мог ехать в Холмогоры.

Дорога в Холмогоры, как можно догадаться, весьма холмиста. Это очень красивые места по берегам ветвящейся Северной Двины. Само качество дороги разнообразно: асфальт сменяется гравийкой с необычайной частотой. С точки зрения велотуризма проблема всё та же — негде ставить палатку из-за болотистости территории. Сунувшись под вечер в одно, другое место, я в конце концов решил, что безопаснее будет расположиться в пределах населённого пункта. Я установил палатку на пустыре рядом с заброшенным фермерским зданием в д. Верхнее Койдокурье, и я с полной уверенностью могу сказать, что это была самая отвратительная ночёвка за всё время поездки. Главным образом из-за сильнейшего западного ветра, от которого негде было укрыться и который трепал и прижимал к земле тент моей палатки, с лёгкостью вырывая колышки из рыхлого песка.

На следующее утро я прибыл в Холмогоры. В этом замечательном памятнике прошлого, который не только внешним видом, но и духом передаёт ощущение старых эпох, я набрал водички из колонки на ул. Ломоносова, посетил местный «Магнит» и оказался на набережной. Когда я ловко извернулся и оперся на велосипед, чтобы сфотографировать забавно оформленную скамейку, переднее колесо под грузом тяжёлых сумок вдруг странно выгнулось дугой. Думаю, правильнее назвать это зонтом. Правда, в тот момент мне было не до терминологии. «Всё, приехал», — подумал я тогда. Однако, развернув колесо и надавив с другой стороны, мне удалось привести его в исходное состояние. Сколько это состояние продлится — то был вопрос.

Выехав из Холмогор, я вскоре снова оказался на трассе М8. Она связывает Архангельск с Москвой, прямо как завещал Михаил Васильевич. Я в Москву не собирался, но о дальнейшем маршруте стоило поразмыслить. Изначально я предполагал свернуть на Каргополь. Оттуда можно было либо попытаться попасть в Вологодскую область напрямик — там как будто есть стёжка мимо озера Лача, через Кречетово и Солзу, — либо проехать через Пудож и Вытегру. Однако следовало принять во внимание последние обстоятельства. Во-первых, у меня не стало запасённой электроэнергии. Это не конец света (хотя как посмотреть), но без фотоаппарата путешествие теряло значительную часть своей привлекательности. Во-вторых, переднее колесо могло дать дуба в любой момент. В таком случае лучше, если это произойдёт на оживлённой трассе, откуда будут пути отступления. На счастье, я уже находился на такой трассе. Решающим аргументом в пользу Вологды стало то, что я написал местным участникам Warmshowers и мне оперативно пришли ответы. Сергей Иванов мог меня принять, если я буду достаточно быстр и приеду до следующих выходных. Частички мозаики сошлись. И из Вологды я всё ещё смог бы поехать в Кириллов и Белозерск, как и собирался.

В Вологду я доехал за пять дней. Этот путь был, как и следовало ожидать, скучен. Я вставал, завтракал, отмахивал свои 100-140 км с остановкой на обед, затем сворачивал в лес, ставил палатку, ужинал и ложился спать. Дорога на всём протяжении было неплохой, хотя асфальтированные «плечики» и пропадали на отдельных участках. Населённые пункты не слишком часты, но достаточны, чтобы запасаться водой и провизией. Ветер был в целом благоприятным, хотя случались и не слишком удачные дни.

Передний обод периодически выкидывал кренделя. Обычно это решалось надавливанием с другой стороны, но один раз так вопрос решить не удалось — пришлось ослаблять и перезатягивать все спицы под шумное пение комаров. Иногда спицы лопались и приходилось ставить новые, благо у меня было с собой штук десять запасных. Уже на въезде в саму Вологду у меня случился прокол заднего колеса. Я не стал латать его на тротуаре, а докатил до хоста и заклеил в домашней обстановке.

Сергей Иванов, как и ожидалось, оказался отличным парнем, очень внимательным и отзывчивым. Он и его девушка приняли меня наилучшим образом. Сергей рассказал о своих велосипедных поездках по Испании и Португалии, а также подсказал, как интереснее проехать в Кириллов.

На утро мы распрощались, я направился в центр города, где погулял вокруг Кремля и по окрестностям, после чего выбрался на дорогу А119 и поехал по ней. Должен сказать, что я ни на миг не пожалел, что посетил Вологду — этот старинный и самобытный город является подлинной жемчужиной Русского Севера, и без него путешествие бы много потеряло.

Утреннее море

Утреннее море

побережье

побережье

небо

небо

и сосны на берегу.

и сосны на берегу.

Следы на песке.

Следы на песке.

Дама с собачкой.

Дама с собачкой.

Оптимистичная пристань.

Оптимистичная пристань.

С одной стороны Северодвинск.

С одной стороны Северодвинск.

с другой — острова и водный простор.

с другой — острова и водный простор.

Лайский док.

Лайский док.

Приехал в Архангельск.

Приехал в Архангельск.

Встретился паренёк.

Встретился паренёк.

Эклектично-гармоничный вид на город.

Эклектично-гармоничный вид на город.

Северная Двина.

Северная Двина.

Пляжный отдых.

Пляжный отдых.

Наряду с современной архитектурой

Наряду с современной архитектурой

в городе немало деревянных тротуаров и домов

в городе немало деревянных тротуаров и домов

разной степени потёртости.

разной степени потёртости.

Кузнечевский мост.

Кузнечевский мост.

Троицкая церковь.

Троицкая церковь.

На реке Кузнечихе.

На реке Кузнечихе.

Пристань на Двине.

Пристань на Двине.

Успенская церковь.

Успенская церковь.

В городе много велосипедистов.

В городе много велосипедистов.

В Архангельске находится подворье Соловецкого монастыря. На заднем плане — храм преподобных Зосимы, Савватия и Германа Соловецких.

В Архангельске находится подворье Соловецкого монастыря. На заднем плане — храм преподобных Зосимы, Савватия и Германа Соловецких.

Площадь Профсоюзов.

Площадь Профсоюзов.

Строящийся собор Михаила Архангела.

Строящийся собор Михаила Архангела.

Вид на Северодвинский мост.

Вид на Северодвинский мост.

Гонки на гидроциклах.

Гонки на гидроциклах.

Дом по улице Урицкого.

Дом по улице Урицкого.

С моста.

С моста.

За городом.

За городом.

Еду в Заостровье: вдали виднеется Сретенская церковь.

Еду в Заостровье: вдали виднеется Сретенская церковь.

Вблизи это выглядит так.

Вблизи это выглядит так.

Храм Сретения Господня, строился в 1808–1878 гг.

Храм Сретения Господня, строился в 1808–1878 гг.

Храм Покрова Божией Матери, строился в 1686-1688 гг.

Храм Покрова Божией Матери, строился в 1686-1688 гг.

Уникальный памятник деревянного зодчества. По мнению некоторых исследователей, дальний прототип кижской Преображенской церкви.

Уникальный памятник деревянного зодчества. По мнению некоторых исследователей, дальний прототип кижской Преображенской церкви.

Полевая стоянка. Наутро я буду плавать.

Полевая стоянка. Наутро я буду плавать.

Вологодское шоссе.

Вологодское шоссе.

Дорога на Холмогоры: пейзажи справа

Дорога на Холмогоры: пейзажи справа

пейзажи слева.

пейзажи слева.

На мосту.

На мосту.

В Холмогорах.

В Холмогорах.

На набережной реки Курополки.

На набережной реки Курополки.

Скамейка.

Скамейка.

Спасо-Преображенский собор, 1685—1691 гг.

Спасо-Преображенский собор, 1685—1691 гг.

Воссоединение с М8.

Воссоединение с М8.

Дорога пресекает многочисленные притоки Северной Двины.

Дорога пресекает многочисленные притоки Северной Двины.

Облака — одно из лучших развлечений, когда дни напролёт едешь по трассе.

Облака — одно из лучших развлечений, когда дни напролёт едешь по трассе.

Троицкая церковь в Пянде, дружелюбные работники наполнили мою флягу.

Троицкая церковь в Пянде, дружелюбные работники наполнили мою флягу.

Север. Август — картофель ещё в цвету.

Север. Август — картофель ещё в цвету.

С колесом как будто что-то не так.

С колесом как будто что-то не так.

Утро. Пора возвращаться на трассу.

Утро. Пора возвращаться на трассу.

Колодец в Шипуновской.

Колодец в Шипуновской.

Лесная передышка.

Лесная передышка.

Лисички.

Лисички.

Вечер на трассе.

Вечер на трассе.

Высокая Гора.

Высокая Гора.

Иван-чай.

Иван-чай.

Большое облако.

Большое облако.

Свет в грозовых тучах.

Свет в грозовых тучах.

Насекомые в моей палатке.

Насекомые в моей палатке.

Неподалёку от границы регионов.

Неподалёку от границы регионов.

Вологодчина прекрасна в своём начале.

Вологодчина прекрасна в своём начале.

Просёлочная дорога.

Просёлочная дорога.

Широта.

Широта.

На остановке.

На остановке.

Лагерь.

Лагерь.

Закатный огонь.

Закатный огонь.

Кадников.

Кадников.

На Сухоне.

На Сухоне.

Овсяное поле.

Овсяное поле.

Утренняя Вологда.

Утренняя Вологда.

Церковь Александра Невского.

Церковь Александра Невского.

Кремль: Воскресенский собор, колокольня Софийского собора.

Кремль: Воскресенский собор, колокольня Софийского собора.

Константин Батюшков.

Константин Батюшков.

Церковь Иоанна Златоуста.

Церковь Иоанна Златоуста.

На берегах Вологды полно жизни: здесь приятно перекусить

На берегах Вологды полно жизни: здесь приятно перекусить

поудить рыбку

поудить рыбку

да хотя бы просто постоять.

да хотя бы просто постоять.

Античность.

Античность.

Ещё один храм на берегу — церковь Сретения Господня.

Ещё один храм на берегу — церковь Сретения Господня.

Посидим, поокаем.

Посидим, поокаем.

Деревянная застройка Ленинградской улицы.

Деревянная застройка Ленинградской улицы.

Дверь в Вологду.

Дверь в Вологду.

Улица Бурмагиных.

Улица Бурмагиных.

Цветник.

Цветник.

Церковь Алексия человека Божия, оставшаяся от Горне-Успенского женского монастыря.

Церковь Алексия человека Божия, оставшаяся от Горне-Успенского женского монастыря.

Успенский собор. Когда-то его называли "Золотые кресты".

Успенский собор. Когда-то его называли «Золотые кресты».

Позднее название перешло к церкви Николая Чудотворца на Горе. Теперь здесь нет ни золотых, ни вообще никаких крестов.

Позднее название перешло к церкви Николая Чудотворца на Горе. Теперь здесь нет ни золотых, ни вообще никаких крестов.

На Северодвинск (Онежский тракт)

Моё исследование Русского Севера должно было продолжиться восточнее, в материковой части Архангельской области. Тут имелась небольшая проблема, состоявшая в отсутствии надёжной автомобильной дороги вдоль Онежской губы Белого моря. Зато там проложена железная дорога, потому и было решено проехать этот досадный отрезок маршрута на поезде.

Ехать можно было как из Беломорска, так и из Кеми. Я выбрал второй вариант по следующим соображениям. Во-первых, в Беломорске я уже был, а в Кеми ещё нет; во-вторых, отправившись с Соловков в Кемь в 16:00, ещё можно успеть на мурманский поезд в тот же день; в-третьих, в Беломорске поезд стоит десять минут, а в Кеми около получаса — гораздо больше времени на погрузку.

Высадившись в порту Рабочеостровска, я немедленно сел на велосипед и поехал. Путь от Рабочеостровска до Кеми занял больше времени, чем я предполагал: всё-таки между ними двенадцать километров, и если для автомобиля это ничтожное расстояние, то для велосипеда существенное. К счастью, у меня был небольшой запас времени. Преодолев Рабочеостровское шоссе, я приехал на вокзал и пошёл за билетом.

Я обожаю вокзалы. Сначала кассир должно и безмятежно беседовала с кем-то по телефону, не обращая ни малейшего внимания на моё присутствие. Затем, когда я сказал, что хочу проехать на мурманском поезде до станции 243 км, рассмеялась мне в лицо, посмотрела на меня с жалостью и молвила, что купить билет до такого места невозможно. Я был уверен, что возможно, и предложил уточнить этот момент. В конце концов она заглянула в справочник и продала мне билет вместе с документом на провоз велосипеда.

До отправления оставалось немного времени. Разбирать велосипед было преждевременно, поскольку я не знал, куда подойдёт поезд и где будет нужный мне вагон. Так что я сходил в магазин и купил продуктов, а потом устроил небольшой пикник у путей. Вскоре объявили платформу, и оказалось, что туда нужно попадать по надземному переходу, что в моём случае было несколько затруднительно в силу неподъёмности велосипеда. Тогда я просто обошёл стоявший спереди состав и перебрался по путям.

Наконец прибыл мурманский поезд и я оказался рядом с вагоном. Сошедшая проводница, взглянув на мой велосипед и все сумки, осторожно поинтересовалась, какой у меня вагон, и когда услышала, что четвёртый, неприкрытый ужас отразился на её лице. Понимая, что времени у меня мало и что как следует подготовить велосипед к транспортировке не удастся, я предупредил её, что поставлю его в нерабочем тамбуре. «Только на личном багажном месте», — выдала она без промедления, видимо решив, что задача всё ещё недостаточно сложная и нужно усложнить её ещё немного. Мне было некогда спорить: я поспешно отцеплял одну за другой сумки, потом отчаянно пытался повернуть руль (тщетно, он прикипел), снимал переднее колесо. В это время вокруг сновали пассажиры, провожающие, торговцы пирожками, морошкой, рыбой, газетами и бог знает чем ещё. Затем я таскал сумки на своё место, которое было в конце вагона. В процессе таскания выяснилось, что девушка с нижней полки уже разместила на моём багажном месте аквариум с рыбкой. Я кое-как примостил рядом свои огромные сумки. Затем вернулся на платформу, взял велосипед, обёрнутый тентом от старой палатки, и занёс его в нерабочий тамбур. Там он благополучно простоял до места назначения, не мешая ровным счётом никому. Проводница больше не сказал на этот счёт ни слова.

Станцию 243 км мурманский поезд проходит ранним утром. Мне даже удалось немного подремать до трёх часов. Потом нужно было готовиться в выгрузке. Проводница приняла в ней активное участие, явно мечтая избавиться от меня как можно скорее. Во-первых, она выпустила меня через нерабочий тамбур, освободив от необходимости снова тащить велосипед через весь вагон. Во-вторых, оперативно подавала мне сумки в процессе выгрузки. Надо сказать, эта помощь была очень своевременной, поскольку на станции 243 км поезд стоит ровно одну минуту. Так что в итоге эта милая девушка очень мне помогла, спасибо ей огромное за понимание.

Несмотря на ранний час, было уже совсем светло — Север удобен в этом плане. Станция была пустынна. Наверное, я был первым человеком, кто высадился здесь, за много лет. Я долго приводил в порядок велосипед и сумки, прежде чем тронуться в путь. Выбраться со станции было нетривиальной задачей, поскольку явной дороги не прослеживалось. Имелись намётки троп, и на каком-то этапе они все утопали в грязи. И всё же я выбрался и оказался в деревушке под названием Порог.

Миновав спящую деревню, я попал на асфальтированную дорогу, ведущую в райцентр — город Онегу. Мне встретилась лесная беседка, и я остановился возле неё, чтобы позавтракать и покормить здешних комаров. Дальнейший путь в город был довольно приятен, но потом зарядил дождь. Он не прекратился и тогда, когда я оказался в городе, так что задерживаться для осмотра достопримечательностей я не стал.

Начиная с Онеги качество дорожного покрытия резко просело. Пожалуй, это был наглядный пример того, что называется «убитыми дорогами». Наверное, для полноты концептуализации дорожные службы посыпают их битым стеклом, потому что сразу за городом у меня случился прокол заднего колеса — пришлось менять камеру прямо под дождём (вдвойне обидно, ведь накануне я поставил новую). Я поехал дальше, старательно объезжая ямы, полные воды. Автомобильное движение было довольно интенсивным, и машины, опережая, щедро окатывали меня брызгами.

Решив, что сегодняшний день не очень подходит для прохождения Онежского тракта, я остановился около часа дня в лесу в сотне метров от побережья, где наскоро поставил палатку, забрался в спальник и уснул. Дождь прекратился только под вечер.

Следующий день стоил того, чтобы его дожидаться: чистое голубое небо, ни облачка. Я выехал, и сразу дорога вплотную подошла к берегу Белого моря. Я остановился и с удовольствием поснимал. Здешние пейзажи восхитительны: длинная песчаная отмель с разбросанными по ней камнями, спускающийся сверху и подступающий к берегу густой лес, бурные ручьи, несущие свои воды прямо в море.

Вместе с прибрежным участком дороги заканчивается и асфальт, к Тамице уже ведёт старая добрая грунтовка. Холмистая, извилистая и ухабистая дорога ведёт через леса и деревни, а именно Тамицу и Кянду. Здесь гружёному велосипедисту приходится изрядно попотеть.

После крайне живописной Кянды дорога выпрямляется и раздвигается вширь, лес как бы расступается перед ней. Дальше цивилизации нет на десятки километров, и остаётся одно: ехать вперёд и вперёд. Интересный факт состоит в том, что самый дикий, самый малолюдный отрезок моего маршрута пришёлся не на Карелию, как можно было предполагать, а на Онежский тракт. Именно на этой каменистой грунтовке, бесконечно тянущейся мимо болот и девственных лесов, перемежаемых множеством ручейков, ручьёв, речушек и рек, явственно чувствуешь свою изолированность от цивилизации. Этому нисколько не мешают ни машины, порой пролетающие мимо, как какие-то инородные тела, и покрывающие тебя пылью с головы до кончиков колёс, ни грейдеры, которые настолько приобщились к безнадёжному делу выравнивания этой дороги, что стали практически частью пейзажа.

Я не мог доехать до Северодвинска за день по такой дороге, так что вечером воспользовался съездом, организованным заготовщиками древесины, и поставил палатку. На следующий день я как раз успел упаковаться, прежде чем начался дождь. По всей видимости, природа решила, что и так меня уже достаточно побаловала солнечным днём, и пора бы подумать о компенсации. Дождь в этот день лил с незначительными перерывами. По иронии, у меня в бутылках закончилась вода, и я наполнил их из источника в Куртяево. Правда, вода оказалась минеральной — овсянка на ней получилась так себе. Ближе к Северодвинску образовался асфальт, по нему я относительно быстро доехал до города. Там следовало подумать о пополнении запасов; я прикупил бензина «Галоша» и заехал в продуктовый.

Следующим пунктом стоял вопрос ночлега. Вписки в Северодвинске у меня не было, поэтому я решил заехать на остров Ягры и осмотреться. Сказано — сделано. Под очередным приступом проливного дождя я доехал до цели. Ягры — остров в северной части города, там есть сосновый бор на побережье. На его опушке, метрах в пятидесяти от берега, я и остановился. Это была самая красивая стоянка в моём путешествии. Сосны молчаливо несли свою вахту, песчаный узорчатый берег обнажился на время отлива, а солнце и ходящие по небу дождевые тучи создали изумительное светопреставление с грандиозным финалом в виде заката. Народу почти не было видно — редкий горожанин доходил до этой части бора.

Прошедший день можно со всей смелостью обозначить как «день кислого молока». Утром, собравшись готовить завтрак, я обнаружил, что моё молоко скисло. Весь предыдущий день солнце светило на переднюю сумку, и вот он результат. Забавно только, что такое произошло на подступах к Северодвинску, ведь ничего подобного со мной не случалось за весь маршрут, несмотря на то, что молоко я покупал регулярно. Ладно, подумал я, дерьмо случается, и купил в Северодвинске другую коробку. Расположившись на острове Ягры, я подумал, что было бы неплохо отметить эту веху кусочком кекса и кружкой молока. Я вскрыл коробку… Думаю, вы уже догадались, что меня ждало. Молоко было кислым.

В ожидании остановки.

В ожидании остановки.

Поезд ушёл, я снова сам по себе

Поезд ушёл, я снова сам по себе

среди темнеющих деревьев

среди темнеющих деревьев

на глухой станции.

на глухой станции.

Пытаюсь выбраться.

Пытаюсь выбраться.

Похоже, я в предместьях Парижа.

Похоже, я в предместьях Парижа.

Здесь хорошо.

Здесь хорошо.

Порог.

Порог.

Подлинно русская деревня

Подлинно русская деревня

с деревянным мостом через Вонгуду.

с деревянным мостом через Вонгуду.

Разрушенная церковь.

Разрушенная церковь.

Дальше стоит новая часовня.

Дальше стоит новая часовня.

Дорогая на Онегу: узковатая, но вполне приличная.

Дорогая на Онегу: узковатая, но вполне приличная.

На берегах реки Онеги.

На берегах реки Онеги.

День пролетел незаметно в брызгах дождя.

День пролетел незаметно в брызгах дождя.

Побережье Белого моря.

Побережье Белого моря.

Здесь можно посидеть на лавочке

Здесь можно посидеть на лавочке

прокатиться на тяжёлой технике

прокатиться на тяжёлой технике

подумать о вечном.

подумать о вечном.

Как ни посмотри

Как ни посмотри

а места здесь очень своеобразные.

а места здесь очень своеобразные.

Вдали виднеется дорога, она выходит прямо к берегу.

Вдали виднеется дорога, она выходит прямо к берегу.

Здесь протекает ручей.

Здесь протекает ручей.

Название у него недвусмысленное — Каменный.

Название у него недвусмысленное — Каменный.

Так же уместно было бы обозначить и берег в целом.

Так же уместно было бы обозначить и берег в целом.

Закончился асфальт, начались бурёнки.

Закончился асфальт, начались бурёнки.

Деревня Тамица.

Деревня Тамица.

Холмистость здесь повышенная

Холмистость здесь повышенная

а мосты — подлинные произведения плотницкого искусства.

а мосты — подлинные произведения плотницкого искусства.

Онежский тракт не даёт заскучать.

Онежский тракт не даёт заскучать.

Ты взбираешься вверх

Ты взбираешься вверх

и не успеваешь обалдеть от лесных пейзажей

и не успеваешь обалдеть от лесных пейзажей

как снова попадаешь на полосу препятствий.

как снова попадаешь на полосу препятствий.

Но вот лес расступился: впереди деревня Кянда.

Но вот лес расступился: впереди деревня Кянда.

Тамица стоит на Тамице, а Кянда — на Кянде.

Тамица стоит на Тамице, а Кянда — на Кянде.

Я же стою на мосту.

Я же стою на мосту.

Когнитивный диссонанс вызывает сельский магазинчик с электронным табло.

Когнитивный диссонанс вызывает сельский магазинчик с электронным табло.

Часовня.

Часовня.

На кяндских берегах.

На кяндских берегах.

Дорога уходит вверх.

Дорога уходит вверх.

Пока варю обед, сушатся вещи.

Пока варю обед, сушатся вещи.

Еду дальше: кругом болота

Еду дальше: кругом болота

и высокие деревья

и высокие деревья

и искристые ручьи.

и искристые ручьи.

Словом, места довольно дикие.

Словом, места довольно дикие.

Въезжаю в Приморский район. Дальше видно, как работают грейдеры.

Въезжаю в Приморский район. Дальше видно, как работают грейдеры.

Ромашки.

Ромашки.

Враньё, конечно. От силы 6%.

Враньё, конечно. От силы 6%.

И не стоит забывать, что за каждым подъёмом следует спуск.

И не стоит забывать, что за каждым подъёмом следует спуск.

Солнце уже за спиной.

Солнце уже за спиной.

Ставлю велик на стоянку.

Ставлю велик на стоянку.

Ни убавить, ни прибавить.

Ни убавить, ни прибавить.

Всем спасибо, все свободны.

Всем спасибо, все свободны.

Глазам не верю: как будто асфальт.

Глазам не верю: как будто асфальт.

Один из многочисленных куртяевских родников. В этом вода минеральная.

Один из многочисленных куртяевских родников. В этом вода минеральная.

Остров Ягры.

Остров Ягры.

Далеко в море плывёт судно.

Далеко в море плывёт судно.

Город тоже остался далеко позади.

Город тоже остался далеко позади.

Посветлело, немного расступились тучи.

Посветлело, немного расступились тучи.

Зазеленела набухшая трава.

Зазеленела набухшая трава.

Засверкали цветы.

Засверкали цветы.

Берегом проходит редкий пешеход

Берегом проходит редкий пешеход

и снова ни души.

и снова ни души.

Море прочертило в песке глубокие борозды.

Море прочертило в песке глубокие борозды.

Кое-где вода задержалась и отражает небо.

Кое-где вода задержалась и отражает небо.

Садится солнце.

Садится солнце.

Позади тучи клубятся над бором.

Позади тучи клубятся над бором.

Светило бросает прощальные лучи

Светило бросает прощальные лучи

прежде чем сгинуть в беломорских водах.

прежде чем сгинуть в беломорских водах.

Лес укутан ватным одеялом.

Лес укутан ватным одеялом.

Змейки убегают в тёмную даль.

Змейки убегают в тёмную даль.

Мягкий сумрак ложится над водами.

Мягкий сумрак ложится над водами.

Отдых.

Отдых.

Соловки

В порту Беломорска готовился к отплытию теплоход «Сапфир». Это трёхпалубный катамаран вместимостью 250 человек, совершающий в навигационный период ежедневные рейсы до Соловков и обратно. Народу было немного, человек тридцать, и мне без проблем продали билет при посадке. Его цена была 1500, и ещё 50 рублей с меня взяли за провоз велосипеда. Мой велосипед с трудом поднимается одним человеком, так что грузить его было непросто даже заправскому моряку, но мы справились. Вьючники я оставил на багажниках, а в салон с собой взял только рулевую и поясную фотосумку.

Путь до островов занимает около четырёх часов. В это время можно сидеть в салоне, гулять по палубе, пить кофе, смотреть фильмы про Соловки. Погода была хорошая, поэтому народ предпочитал прогуливаться. Я же либо читал в салоне, либо занимался фотосъёмкой. В какой-то момент ко мне подсел мужчина, путешествовавший вместе с женой; от его взгляда во время посадки не ускользнул мой велосипед. Он рассказал о своих собственных путешествиях по региону, о поморских деревнях, о том, что ему совсем не понравились Холмогоры, а вот Вытегра приятно удивила наличием монастыря. Ещё поведал о своих приключениях на Кавказе в молодости: как они с приятелем забрались в горы, имея при себе лишь пачку печенья, заблудились и думали, что пропали.

Прибыв на Большой Соловецкий остров, я получил своей велосипед и направился в палаточный городок. Разыскать его было нетрудно — на дороге имелись указатели. Я зашёл в домик администратора и зарегистрировался на одни сутки, а потом выбрал местечко в тенистой роще и поставил палатку. Других палаток было немало, но территория городка достаточно большая, чтобы никто друг другу не мешал.

Как следует разместившись и пообедав, я пошёл к монастырю. Там велась масштабная реставрация, так что, помимо туристов и священников, было много рабочих. Я зашёл через Никольские ворота и походил по территории, постепенно продвигаясь к главным, Святым воротам. Затем ещё немного поснимал снаружи.

Вечером, на закате, я предпринял ещё одну вылазку, на этот раз с целью прогуляться по посёлку. Я вышел на Северную улицу и достиг Тамарина причала. Вечером здесь всё выглядело совершенно иначе, и это было красивое зрелище. Затем я повернул назад и пришёл к набережной подле монастыря. К этому времени уже немного стемнело, а у аккумуляторов моего фотоаппарата кончился заряд, и это был верный признак, что пора возвращаться в лагерь. Ночью стало прохладно. Полная тьма так и не опустилась над лагерем — всё-таки Север, — а соседи и не думали укладываться спать, распевая песни под гитару. Это не помешало мне уснуть и проспать до утра.

Утром я разгрузил велосипед и поехал исследовать остров. Красивые леса, бесчисленное множество озёр, грунтовая дорога — это замечательные места. Сначала я доехал до Секирной горы, затем прибыл в Савватьево, оттуда через урочище Исаково вернулся на основную дорогу. За первую половину маршрута я не встретил за посёлком ни единой души, и только на обратном пути стали попадаться встречные автобусы и стайки велосипедистов. Вернувшись в лагерь, я занялся ремонтом велосипеда и сборами.

Так прошло моё знакомство с Соловками. В четыре часа с Тамарина причала отходил на Кемь теплоход «Василий Косяков». Хотя путь до Кеми в два раза короче, чем до Беломорска, цена билетов одинакова. Мне даже пришлось заплатить больше, потому что на этот раз за провоз велосипеда взяли 100 рублей, а не 50. Да и уровень комфорта уже не тот: судно меньше, народу больше, все стоят на палубе — не протолкнуться. Впрочем, море красивое, а путь не длинный, так что загрустить не успеваешь. Когда появляются декорации к фильму «Остров», это верный признак того, что ты прибываешь в Рабочеостровск.

"Сапфир".

«Сапфир».

Вокруг — такие вот потёртые дома.

Вокруг — такие вот потёртые дома.

Подойдём поближе.

Подойдём поближе.

Сюда, на корму, отправится мой велосипед.

Сюда, на корму, отправится мой велосипед.

Народ выстроился для посадки.

Народ выстроился для посадки.

Пора и мне загружаться.

Пора и мне загружаться.

Пассажирский салон. Сотрудник проводит инструктаж и предлагает книжки про Соловки.

Пассажирский салон. Сотрудник проводит инструктаж и предлагает книжки про Соловки.

Отходим.

Отходим.

Портовые здания проплывают мимо

Портовые здания проплывают мимо

и уходят вдаль.

и уходят вдаль.

Народ вышел на шлюпочную палубу.

Народ вышел на шлюпочную палубу.

Позади ещё виден город.

Позади ещё виден город.

Трап.

Трап.

Вид с верхней палубы.

Вид с верхней палубы.

Нос катамарана.

Нос катамарана.

Спасательные плоты.

Спасательные плоты.

Спасательный круг.

Спасательный круг.

На верхней палубе.

На верхней палубе.

Морская гладь.

Морская гладь.

Верхушка судна.

Верхушка судна.

За кормой

За кормой

слепящая белизна.

слепящая белизна.

Свято место пусто не бывает.

Свято место пусто не бывает.

Они повсюду: сидят

Они повсюду: сидят

летают

летают

гуляют.

гуляют.

Вот и Соловки.

Вот и Соловки.

Огибаем островки

Огибаем островки

и мы у цели.

и мы у цели.

Тамарин причал.

Тамарин причал.

Пристаём.

Пристаём.

Швартуемся.

Швартуемся.

На берегу.

На берегу.

Прибыл в палаточный городок.

Прибыл в палаточный городок.

Дорога от палаточного городка к монастырю.

Дорога от палаточного городка к монастырю.

Ближе к цели.

Ближе к цели.

Тропа к Никольской башне.

Тропа к Никольской башне.

Никольские ворота.

Никольские ворота.

Успенская церковь, 1552-1557 гг. Первое каменное здание монастыря.

Успенская церковь, 1552-1557 гг. Первое каменное здание монастыря.

Наместнический корпус.

Наместнический корпус.

Солнечные часы, снято в 16:18.

Солнечные часы, снято в 16:18.

Портная палата.

Портная палата.

Звонница.

Звонница.

Мощный арсенал

Мощный арсенал

копившийся веками.

копившийся веками.

Никольская церковь с колокольней. Построена в 1832-1834 гг. на месте каменного храма XVI века, разобранного из-за ветхости.

Никольская церковь с колокольней. Построена в 1832-1834 гг. на месте каменного храма XVI века, разобранного из-за ветхости.

Стена Успенской церкви.

Стена Успенской церкви.

Успенская церковь.

Успенская церковь.

Прохожу под аркой.

Прохожу под аркой.

Надо мной колокольня.

Надо мной колокольня.

Сбоку — подъём на галерею.

Сбоку — подъём на галерею.

Поднимаюсь по ступеням.

Поднимаюсь по ступеням.

Вид из окна.

Вид из окна.

Галерея уходит далеко на юг, к Спасо-Преображенскому собору.

Галерея уходит далеко на юг, к Спасо-Преображенскому собору.

Попробую двигаться на север.

Попробую двигаться на север.

Сверху — стропила.

Сверху — стропила.

Снизу — пятна света на полу и стенах.

Снизу — пятна света на полу и стенах.

Захожу в следующее помещение и оказываюсь в трапезной.

Захожу в следующее помещение и оказываюсь в трапезной.

Из этого окошка, видимо, было удобно подсматривать за процессом трапезы.

Из этого окошка, видимо, было удобно подсматривать за процессом трапезы.

Ещё немного брожу по интерьерам.

Ещё немного брожу по интерьерам.

Наконец нахожу выход через келарскую палату.

Наконец нахожу выход через келарскую палату.

Так выглядит подъём на галереи снаружи.

Так выглядит подъём на галереи снаружи.

Колокольня и Спасо-Преображенский собор (1558-1566 гг.).

Колокольня и Спасо-Преображенский собор (1558-1566 гг.).

Памятный колокол.

Памятный колокол.

Ансамбль.

Ансамбль.

Вход в Германовский дворик.

Вход в Германовский дворик.

Во дворике.

Во дворике.

Надгробные плиты в некрополе.

Надгробные плиты в некрополе.

Принадлежат бывшим монахам

Принадлежат бывшим монахам

и настоятелям монастыря.

и настоятелям монастыря.

Бюст Петра Кальнышевского, последнего кошевого атамана Запорожской Сечи, также погребённого здесь.

Бюст Петра Кальнышевского, последнего кошевого атамана Запорожской Сечи, также погребённого здесь.

Вид из дворика.

Вид из дворика.

Колокольчики расцвели прямо на камнях.

Колокольчики расцвели прямо на камнях.

Святые ворота.

Святые ворота.

Успенская башня и Петропавловская часовня позади.

Успенская башня и Петропавловская часовня позади.

Прядильная башня.

Прядильная башня.

На набережной Бухты Благополучия.

На набережной Бухты Благополучия.

Часовня-беседка.

Часовня-беседка.

Завсегдатаи.

Завсегдатаи.

Белая (Сушильная башня) с сушилом — помещением для сушки сетей.

Белая (Сушильная башня) с сушилом — помещением для сушки сетей.

Сельдяные ворота.

Сельдяные ворота.

Защитный ров с северной стороны.

Защитный ров с северной стороны.

Корожная башня.

Корожная башня.

Му.

Му.

Вечереет.

Вечереет.

Я снова на дороге.

Я снова на дороге.

Иду мимо часовни Филиппа, митрополита Московского

Иду мимо часовни Филиппа, митрополита Московского

мимо покосившихся деревянных домиков

мимо покосившихся деревянных домиков

а также более стойких каменно-кирпичных построек.

а также более стойких каменно-кирпичных построек.

Позади монастырь и дорога освещены вечерним солнцем.

Позади монастырь и дорога освещены вечерним солнцем.

Вдоль берега ходят лодки.

Вдоль берега ходят лодки.

По дороге ходят все кому не лень.

По дороге ходят все кому не лень.

Вдоль дороги много всего растёт.

Вдоль дороги много всего растёт.

Вновь оказываюсь в порту.

Вновь оказываюсь в порту.

Здесь есть лодки

Здесь есть лодки

чайки

чайки

вид на центр

вид на центр

и водомерный пост.

и водомерный пост.

Солнце село. Снова иду мимо проверенной техники

Солнце село. Снова иду мимо проверенной техники

мимо каменистых пустырей

мимо каменистых пустырей

мимо продающихся домов.

мимо продающихся домов.

Круг замкнулся.

Круг замкнулся.

Остаётся сидеть на лавочке и смотреть на закат.

Остаётся сидеть на лавочке и смотреть на закат.

Или подойти ближе к воде

Или подойти ближе к воде

повернуть голову

повернуть голову

и посмотреть на вечернюю бухту.

и посмотреть на вечернюю бухту.

Окинуть взором её всю.

Окинуть взором её всю.

Но вот наступило утро. Пора отправляться вглубь острова.

Но вот наступило утро. Пора отправляться вглубь острова.

Здесь есть великое множество озёр. Многие из них усердные жители соединили между собой системой каналов.

Здесь есть великое множество озёр. Многие из них усердные жители соединили между собой системой каналов.

На берегах очень тихо.

На берегах очень тихо.

Воды молчаливо отражают небо.

Воды молчаливо отражают небо.

Грунтовки здесь каменистые, поэтому на дорожнике потряхивает.

Грунтовки здесь каменистые, поэтому на дорожнике потряхивает.

Густой смешанный лес вплотную подступает к водам.

Густой смешанный лес вплотную подступает к водам.

На относительно крупных озёрах, таких как Большое Карзино, сделаны причалы.

На относительно крупных озёрах, таких как Большое Карзино, сделаны причалы.

Немного озёрной абстракции.

Немного озёрной абстракции.

Я приближаюсь к Вознесенскому скиту.

Я приближаюсь к Вознесенскому скиту.

Но на Секирную гору нужно ещё подняться.

Но на Секирную гору нужно ещё подняться.

Монахи растят картошку прямо посреди леса.

Монахи растят картошку прямо посреди леса.

Дорога на вершину "горы".

Дорога на вершину «горы».

Как вариант, можно воспользоваться лестницей.

Как вариант, можно воспользоваться лестницей.

Наверху находится церковь-маяк.

Наверху находится церковь-маяк.

Это самый высокий маяк на Белом море. Высота — 98 метров от морской поверхности.

Это самый высокий маяк на Белом море. Высота — 98 метров от морской поверхности.

Тут же имеется смотровая площадка.

Тут же имеется смотровая площадка.

С неё видно море, и озёра, и лес, и Савватьево.

С неё видно море, и озёра, и лес, и Савватьево.

Дорога до Савватьево немножко грязная.

Дорога до Савватьево немножко грязная.

Вроде и поворачивать не хочется, но и что впереди не знаешь.

Вроде и поворачивать не хочется, но и что впереди не знаешь.

Если б не прорытые каналы, наверное было бы совсем болотисто.

Если б не прорытые каналы, наверное было бы совсем болотисто.

В итоге я всё же доезжаю до Савватьевского скита. Здесь в 1429 г. поселились первые монахи, пришедшие на острова, — Герман и Савватий.

В итоге я всё же доезжаю до Савватьевского скита. Здесь в 1429 г. поселились первые монахи, пришедшие на острова, — Герман и Савватий.

На дальнейшем пути мне попадается ещё много прекрасных озёр.

На дальнейшем пути мне попадается ещё много прекрасных озёр.

Можно постоять на берегу

Можно постоять на берегу

полюбоваться кристально чистыми водами.

полюбоваться кристально чистыми водами.

Леса тоже безупречны.

Леса тоже безупречны.

Большое Красное — видимо, самое большое озеро на острове.

Большое Красное — видимо, самое большое озеро на острове.

Озёра позади, передо мной снова море.

Озёра позади, передо мной снова море.

Бросаю прощальный взгляд на порт

Бросаю прощальный взгляд на порт

и монастырь.

и монастырь.

Народ уже скинул в кучу свои рюкзаки и "пенки".

Народ уже скинул в кучу свои рюкзаки и «пенки».

Заведён двигатель, и Тамарин причал со стоящим у него "Сапфиром" становится всё дальше

Заведён двигатель, и Тамарин причал со стоящим у него «Сапфиром» становится всё дальше

и дальше

и дальше

и дальше

и дальше

и дальше.

и дальше.

Чайки неотступно следуют за нами.

Чайки неотступно следуют за нами.

Они ждут, когда народ станет кидать им еду, которую они будут жадно ловить на лету или подбирать с воды.

Они ждут, когда народ станет кидать им еду, которую они будут жадно ловить на лету или подбирать с воды.

С приближением к Кеми вокруг вырисовывается много мелких островков.

С приближением к Кеми вокруг вырисовывается много мелких островков.

Попадаются и другие суда. К счастью, пиратские у них только названия.

Попадаются и другие суда. К счастью, пиратские у них только названия.

Под конец чайки уже хватают еду прямо из рук.

Под конец чайки уже хватают еду прямо из рук.

Вот и Рабочеостровск. Прибыли.

Вот и Рабочеостровск. Прибыли.

Конец Ленобласти и Карелия

Можно сказать, что с Выборгом окончилась «цивилизованная» часть моего маршрута и началась его «дикая» часть. Именование достаточно условно — никогда не было полного безлюдья, мимо постоянно сновали машины — скорее, речь идёт об общем ощущении власти природы над человеком. Ощущение подкреплялось относительно малой частотой населённых пунктов, большой протяжённостью единственно возможных дорог, а также неласковым, несмотря на разгар лета, климатом. А в моём случае — ещё и минимальным количеством «цивилизованных» ночёвок.

Чтобы попасть в Карелию, требовалось пересечь Карельский перешеек. Выехав из Выборга, я направился в сторону Каменногорска. За городом резко сгустились тучи и пошёл дождь. Вскоре меня остановили пограничники. Хотя изрядная доля моего маршрута пришлась на западные рубежи, это был первый такой случай. Пограничник спросил меня о том, куда я еду и с какой целью. Я ответил, что еду в Приозёрск. «Приозерск», — поправил он меня с нескрываемым раздражением. Его сослуживца заинтересовал руль моего велосипеда; в частности, как к нему прикреплены рога. Ещё меня проинформировали, что на протяжении пограничной зоны нельзя будет делать остановок в пути. Увы, поскольку я так и не увидел никаких указателей о начале и об окончании пограничной зоны, боюсь, что я не сумел выполнить этого предписания должным образом.

После Каменногорска асфальт уступил место гравийке. Это очень живописная лесная дорога с обилием подъёмов и спусков. Хотя формально это ещё Ленинградская область, окружающий ландшафт ясно говорит о том, что ты уже в Карелии. Для велотуриста красноречивым признаком является то, что становится трудно сойти с трассы. Даже если удаётся обойти водные преграды, лесная подстилка представляет собой сумбурное нагромождение камней и бурелома, через которое очень трудно тащить велосипед.

В Бородинском возобновился дождь, и на этот раз он и не думал сдерживаться. К тому времени как я доехал до Мельниково, я промок до нитки. Не помог ни дождевик, ни китайские бахилы, которые к тому времени уже настолько изорвались, что скорее накапливали воду, чем защищали от неё (впоследствии вплоть до конца путешествия моей основной обувью стала пара галош из ЭВА). Кое-как расположившись на краю поля за деревней, я наскоро поужинал и погрузился в беспокойный сон.

На следующий день я выехал на дорогу А121 «Сортавала», проехал Приозерск и вскоре очутился в Карелии. Этот большой регион должен был стать чем-то вроде кульминации моей поездки. Забавно, но на деле я получил не так уж много впечатлений в расчёте на день пути. Конечно, дело тут не в самой Карелии, а в моём маршруте, проходившем исключительно по двум большим автомобильным дорогам — А121 «Сортавала» и Р21 «Кола». Если бы я отклонялся от этих дорог и посетил, скажем, Валаам, Рускеалу или Кижи, конечно моё впечатление от региона было бы совсем иным. На определённых этапах я рассматривал каждое из этих направлений, но по тем или иным причинам приходилось отказываться от одного за другим. Пожалуй, главной причиной было большое расстояние, которое мне предстояло преодолеть, а также погодные условия: из восьми дней, что ушли на прохождение Карелии, только два прошли без дождя. Когда идёт дождь, не хочется нигде задерживаться, ведь ненастные дни, на мой взгляд, просто созданы для педалирования. С этим связано и малое количество сделанных снимков. Про комаров можно и не упоминать, тем более что эти насекомые не эндемичны для Карелии и преследовали меня с самого начала пути.

Однако было бы лукавством сказать, что дорога вокруг Ладожского озера не произвела на меня впечатления. Голые скалы, хвойные леса, многочисленные заливы создают совершенно неповторимый мир. Не стоит забывать и об «американских горках» которые заботливая природа подготовила для велосипедиста. Рельеф Ладожского озера формировался по мере отступления ледника под конец Валдайского оледенения. Этим обусловлен характер его берегов: юго-восточный берег пологий и болотистый, а вот северо-западный крутой, изрезанный и резкий. И когда едешь по «Сортавале», можно выделить два режима дороги. Когда она держится в стороне от озера, это спокойные протяжённые холмы, широта и простор. Но когда она подходит вплотную к озеру (в первую очередь это участок Лахденпохья–Сортавала–Ляскеля), это частые и довольно крутые (до 9%) подъёмы и спуски; это лес, сжимающий тебя с обеих сторон; это сужающаяся или отсутствующая обочина. Вскоре после Ляскели дорога отклоняется от озера и вновь принимает спокойный характер.

В Сортавале мне довелось пообщаться с полицейскими. Они подошли ко мне, когда я сидел на остановке и ел банан, наблюдая за тучами. Должно быть, я производил впечатление отъявленного преступника, потому что им захотелось пробить мой велосипед по базе угнанных транспортных средств. Пока мы старались оторвать от земли переднее колесо, чтобы посмотреть регистрационный номер, на остановку пришёл автостопщик. «Уважаемые, — обратился он к стражам правопорядка, — эта ли дорога ведёт в Рускеалу?». Получив утвердительный ответ, он продолжил стопить.

Где-то в районе Кирьявалахти мне встретилась группа мотоциклистов. Они остановились возле какого-то заведения, а я проезжал мимо. «Откуда ты едешь?» — «Из Беларуси». — «Ого, — смеются, — мы тоже оттуда, из Минска».

Через пару дней дорога А121 упёрлась в Р21 — «Колу». Это событие ознаменовалось щедрым ливнем, который в очередной раз хорошенько промочил меня сверху донизу. Я уже ездил по «Коле», когда добирался от синявинской дачи до Санкт-Петербурга. Здесь, в Карелии, её характер не изменился — это хорошая асфальтированная дорога с щедрой обочиной и плотным дневным трафиком на всём протяжении. Я рассматривал вариант посещения Петрозаводска, но не обрёл там вписки и не поехал туда.

В Вилге меня настиг француз. «Привет! — сказал он. — Я француз!» К сожалению, он не говорил ни по-русски, ни по-английски, поэтому наши средства общения были жёстко ограничены. Насколько я понял, он был из города неподалёку от Женевы (кажется, Анси), и это был 16-й день его пути. Он направлялся в Мурманск, откуда через Норвегию собирался ехать в Финляндию, чтобы из столицы улететь домой. Француз тоже ночевал в палатке, которая была у него приторочена к низкому переднему багажнику. Жаловался на погоду и невозможность постираться. Француз был достаточно техничный, и, когда мы распрощались, быстро ушёл вперёд и пропал из виду. Правда, под вечер он попался мне снова — проезжал мимо, пока я отдыхал на остановке. Видимо, днём у него был привал, в результате которого я снова оказался впереди.

Движение по Р21 не было пресыщено событиями. Я заезжал в Медвежьегорск, чтобы пополнить запас продуктов и взглянуть на Онежское озеро. Я не поехал в Кивач, потому что день был дождливый. Потом было много озёр, болот и торговцев морошкой. Неподалёку от поворота на Беломорск мне попался ещё один автостопщик, он был очень бородат.

Дорога на Беломорск стала приятным отдыхом после шумной трассы. Асфальт был разбитым, но не настолько, чтобы это стало проблемой, тем более что машины практически отсутствовали. В Сосновце я набрал воды у интересной женщины, которая рассказала мне о старинной церкви в Вирме и о родине капитанов. Вечером, после осмотра беломорских петроглифов в Залавруге, я в очередной раз испытал проблемы с поиском места для установки палатки. Территория вокруг города щедро заболочена, а единственный сухой участок вдоль дороги отведён под кладбище. В конце концов я нашёл более-менее сухой клочок земли по дороге на Залавругу. На следующее утро я поехал прямо в порт Беломорска, чтобы отправиться на Соловки.

Выборг позади. Тучи сгущаются.

Выборг позади. Тучи сгущаются.

Губановское озеро с уточками.

Губановское озеро с уточками.

Сосны растут прямо на камнях.

Сосны растут прямо на камнях.

Если в <a href="/trips/russian_north/entry10/">Псковской области</a> твоим вечным спутником является река Великая, то на перешейке это Вуокса.

Если в Псковской области твоим вечным спутником является река Великая, то на перешейке это Вуокса.

В Каменногорске.

В Каменногорске.

Отвоёван кусочек голубого неба.

Отвоёван кусочек голубого неба.

Ненадолго распогодилось.

Ненадолго распогодилось.

Дорога всё более дикая и интересная.

Дорога всё более дикая и интересная.

Последние лучи на сегодня.

Последние лучи на сегодня.

В Приозерске.

В Приозерске.

Река Тихая не вполне соответствует своему названию.

Река Тихая не вполне соответствует своему названию.

Гравийка на границе Ленинградской области и Карелии — единственный отрезок А121 без асфальта.

Гравийка на границе Ленинградской области и Карелии — единственный отрезок А121 без асфальта.

Карелия же начинается с отменного покрытия.

Карелия же начинается с отменного покрытия.

Добро пожаловать

Добро пожаловать

в страну скал

в страну скал

и скал

и скал

и скал

и скал

и скал

и скал

и, наконец, скал.

и, наконец, скал.

Утренний карельский лес. Единственное место, где на меня, помимо комаров, нападали мошки.

Утренний карельский лес. Единственное место, где на меня, помимо комаров, нападали мошки.

Вот эти самые.

Вот эти самые.

Тишина.

Тишина.

Незаменимая обувь для поездки по Карелии. Ботинки слишком долго сохнут.

Незаменимая обувь для поездки по Карелии. Ботинки слишком долго сохнут.

Колодец в Лахденпохье.

Колодец в Лахденпохье.

Светоустановка.

Светоустановка.

В городе.

В городе.

Кортела. Слабые потуги прикрепиться к природе.

Кортела. Слабые потуги прикрепиться к природе.

Вождь борщевиков.

Вождь борщевиков.

Сортавальский пейзаж.

Сортавальский пейзаж.

Радуга над Сортавалой.

Радуга над Сортавалой.

Залив Вакколахти озера Ляппяярви Сортавальской губы Ладожского озера.

Залив Вакколахти озера Ляппяярви Сортавальской губы Ладожского озера.

Вечер над Ладогой.

Вечер над Ладогой.

Отдыхающие.

Отдыхающие.

Лесистый берег.

Лесистый берег.

В лесу над Рауталахти.

В лесу над Рауталахти.

Река Янисйоки в Ляскеле.

Река Янисйоки в Ляскеле.

Водопадики.

Водопадики.

В Карелии я часто укрывался на обед под мостами. Дождь здесь не достанет.

В Карелии я часто укрывался на обед под мостами. Дождь здесь не достанет.

Река (в данном случае Сюскюнйоки) обеспечивает воду для варки и мытья.

Река (в данном случае Сюскюнйоки) обеспечивает воду для варки и мытья.

А ещё здесь можно простирнуть одежду.

А ещё здесь можно простирнуть одежду.

Пообедал — едешь дальше

Пообедал — едешь дальше

мимо болот

мимо болот

каменных лесов

каменных лесов

и озёр.

и озёр.

Попался грибок.

Попался грибок.

И снова скалы

И снова скалы

скалы...

скалы…

Комары приготовились к осаде.

Комары приготовились к осаде.

Вечерние сосны.

Вечерние сосны.

Тулмозеро.

Тулмозеро.

Река Нялма.

Река Нялма.

Крошнозеро. Ночевал на берегу, на улице Советской.

Крошнозеро. Ночевал на берегу, на улице Советской.

"Кола".

«Кола».

Француз.

Француз.

Облака.

Облака.

Янишполе.

Янишполе.

Здесь река Суна впадает в Онежское озеро.

Здесь река Суна впадает в Онежское озеро.

Вечерний лес за Кондопогой.

Вечерний лес за Кондопогой.

В нём чувствуешь себя хоббитом.

В нём чувствуешь себя хоббитом.

Скалы часто исписаны многозначительными надписями.

Скалы часто исписаны многозначительными надписями.

Медведь — есть, горы — на месте.

Медведь — есть, горы — на месте.

Онежское озеро в Медвежьегорске.

Онежское озеро в Медвежьегорске.

Несмотря на дождь, берег не пустынен.

Несмотря на дождь, берег не пустынен.

Река Сегежа медленно становится Выгозером.

Река Сегежа медленно становится Выгозером.

Когда думаешь, что болот с тебя уже достаточно

Когда думаешь, что болот с тебя уже достаточно

и что пора бы им уже закончиться

и что пора бы им уже закончиться

они в очередной раз дают понять, кто в доме хозяин

они в очередной раз дают понять, кто в доме хозяин

и что их ровно столько, сколько нужно

и что их ровно столько, сколько нужно

и что закончатся они примерно никогда.

и что закончатся они примерно никогда.

Ведь воды в Карелии должно быть много.

Ведь воды в Карелии должно быть много.

Последние горки

Последние горки

и мы прощаемся с "Колой". Впереди — Беломорск.

и мы прощаемся с «Колой». Впереди — Беломорск.

Выгостровская ГЭС.

Выгостровская ГЭС.

ГЭСовский пейзаж.

ГЭСовский пейзаж.

Залавруга.

Залавруга.

Удивительное место под Беломорском.

Удивительное место под Беломорском.

Здесь много скал, сглаженных волнами.

Здесь много скал, сглаженных волнами.

На них человек несколько тысяч лет назад выбил рисунки.

На них человек несколько тысяч лет назад выбил рисунки.

Тут тебе и лодочники

Тут тебе и лодочники

и лыжники

и лыжники

и различные звери

и различные звери

и рыбы

и рыбы

в общем

в общем

много всего интересного.

много всего интересного.

Не говоря уж о самих пейзажах.

Не говоря уж о самих пейзажах.

Словом, любопытное место.

Словом, любопытное место.

Возвращаюсь на дорогу.

Возвращаюсь на дорогу.

Утренний Беломорск

Утренний Беломорск

по-своему прекрасен.

по-своему прекрасен.

Нижний Выг здесь широк и рукавист, ведь это устье.

Нижний Выг здесь широк и рукавист, ведь это устье.

Уже показались первые беломорцы.

Уже показались первые беломорцы.

А мне пора в порт.

А мне пора в порт.

Там меня ждёт

Там меня ждёт

Белое Море.

Белое Море.

 

На Выборг (Приморское шоссе)

Я провёл у сестры и её мужа весь воскресный день. Мы съездили в «Леруа», где удалось пополнить запасы бензина «Галоша» — топлива для примуса (до сих пор я обходился тем, что закупил перед поездкой). Я также приобрёл большую товарную сумку а-ля «челнок», чтобы сложить в неё все другие сумки для удобной транспортировке в поезде. Она мне так и не пригодилась (см. главу «На Северодвинск»). В понедельник утром я продолжил путь.

От Санкт-Петербурга на северо-запад уходит много дорог, и я рассматривал разные варианты. Так, можно было ехать в Выборг по «Скандинавии» или же сразу направиться по «Сортавале» в Приозерск. Но, добравшись до Питера, я осознал, что было бы глупо упускать возможность проехать по берегу Финского залива. В конце концов, не каждый день добираешься до моря на велосипеде.

Конечно, первостепенной задачей было собственно попасть на Приморское шоссе. К счастью, поскольку я стартовал с северных окраин Петербурга, это оказалось совсем нетрудно, и, немного поколесив по Всеволожскому району Ленинградской области, я присоединился к заветному маршруту севернее Сестрорецка.

Выбор дороги оправдал себя на все сто. Самым приятным обстоятельством было то, что на большом отрезке вплоть до Молодёжного проезжая часть продублирована велопешеходной дорожной, причём со стороны моря. Пешеходов на ней особо не наблюдалось, а вот велосипедистов было вдоволь, ведь для них там, по российским меркам, настоящий рай. Хорошая дорога, красивые виды, курортная инфраструктура — крути педали и наслаждайся. Что я и делал, благо погода радовала если не ярким солнцем, то хотя бы отсутствием дождя. На берегу залива мне повстречался мотоциклист, который тоже занимался исследованием окрестностей. Его интересовали технические аспекты моей поездки: сколько я проезжаю, где ночую и т.п.

К вечеру приятная дорожка закончилась, пришлось ехать на общих основаниях. Вдобавок начался дождь (он и так сдерживался достаточно долго). Я то продвигался, то прятался на остановках, а в конце концов разбил лагерь в шикарном сосняке. От побережья меня отделяло метров сто, и я отчётливо слышал шум прибоя из палатки. В такой ситуации было бы преступлением не встать в три часа и не пойти снимать утреннее море. Я как следует продрог на берегу, после чего вернулся в палатку досматривать сны.

Меж тем новый день оказался погожим. Не успел я собрать вещички и выехать на дорогу, как меня настиг вчерашний мотоциклист. Снова его интересовали вопросы практического плана. Где, например, я беру воду? Он не поверил, что в колодцах, ведь, по его мнению, теперь нет колодцев. Что я мог возразить? Наверное, их нет, если ехать слишком быстро. И всё же его расспросы не были праздным любопытством: он подсказал мне точное местоположение родника дальше по дороге, а ещё поведал, где есть живописная стоянка на берегу залива. Респект таким мотоциклистам.

Несмотря на исчезновение велодорожки, красивые виды не перестали быть таковыми. Больше того, шоссе набрало высоту и теперь смотрело на море с захватывающего ракурса. Машины проезжали, но не в таком большом количестве, появились лодочники, попадались роскошные дорогие авто. Стихийные велотуристы уступили место спортивным людям на шоссерах, которые проносились мимо меня с головокружительной скоростью.

В Глебычево, куда я добрался напрямик в обход Приморска (Глебычевская дорога), встретилась пара иностранных велотуристов. Латвиец и немец ехали из Финляндии и намеревались, если я не путаю, попасть в Эстонию через Ивангород. Когда я сказал, что еду в Карелию, они сначала не поняли, а потом уточнили: «В русскую Карелию?». Да, подтвердил я, в русскую. Они предупредили меня, что дальше трафик усилится. Забавно, но я был в таком возбуждении от встречи, что забыл щёлкнуть их на память, хотя женщина из проезжавшей мимо машины не преминула щёлкнуть нас всех.

Я разбил лагерь неподалёку от Выборга, чтобы утром попасть в город. Лес был неплох, не считая большого количества валунов, среди которых приходилось протискиваться. Да и спал я, по сути, на большом валуне, благо он порос достаточным количеством мха, чтобы кое-как закрепить колышки.

Оказавшись в самом Выборге я, как водится, просто прокатился по городу. Определённо, атмосфера в нём особая и есть на что посмотреть. Хотел было посетить Выборгский замок, но было ещё слишком рано, он не начал работу. В парк Монрепо меня тоже не пустили: с велосипедами нельзя. «Не больно-то и надо было», — подумал я и поехал прочь.

За Буграми.

За Буграми.

Насыпь.

Насыпь.

Цветы в Песочном.

Цветы в Песочном.

Цветы в Песочном-2.

Цветы в Песочном-2.

Путепровод.

Путепровод.

Река Сестра.

Река Сестра.

Развязка.

Развязка.

Роща.

Роща.

Залив.

Залив.

Камни, песок, море и небо.

Камни, песок, море и небо.

Велик и морская даль.

Велик и морская даль.

Одинокая птица.

Одинокая птица.

Рисунок волн на берегу.

Рисунок волн на берегу.

Побережье.

Побережье.

Камни.

Камни.

Борьба за жизнь.

Борьба за жизнь.

Дорога.

Дорога.

Кусты.

Кусты.

Лодка.

Лодка.

Остановка.

Остановка.

Изгиб.

Изгиб.

Страус.

Страус.

Полумрак.

Полумрак.

Залив.

Залив.

Дорога.

Дорога.

Ручей.

Ручей.

Бункер.

Бункер.

Утро.

Утро.

Месяц.

Месяц.

Камни.

Камни.

Берег.

Берег.

Рассвет.

Рассвет.

Лягушка.

Лягушка.

Сосны.

Сосны.

Велосипедист.

Велосипедист.

Родник.

Родник.

Ручей.

Ручей.

Берег.

Берег.

Камни.

Камни.

Цветок.

Цветок.

Сухостой.

Сухостой.

Камни.

Камни.

Карьер.

Карьер.

Цветы.

Цветы.

Песок.

Песок.

Облако.

Облако.

Храм.

Храм.

Крыльцо.

Крыльцо.

Зверь.

Зверь.

Лес.

Лес.

Валун.

Валун.

Отдых.

Отдых.

Сон.

Сон.

Камни.

Камни.

Выборг. Лёгкий командирский танк Т-26.

Выборг. Лёгкий командирский танк Т-26.

На Крепостной улице.

На Крепостной улице.

Торгильс Кнутссон — основатель города.

Торгильс Кнутссон — основатель города.

Морская торговля.

Морская торговля.

Замок.

Замок.

Якорь.

Якорь.

Южная стена.

Южная стена.

За стеной. Тюремная башня.

За стеной. Тюремная башня.

Апраксин.

Апраксин.

Причал.

Причал.

Лодки.

Лодки.

Много лодок.

Много лодок.

Рыбак.

Рыбак.

Крепостная улица.

Крепостная улица.

Старое и новое.

Старое и новое.

Подгорная улица.

Подгорная улица.

Костёл Гиацинта.

Костёл Гиацинта.

Стена.

Стена.

Улица Водной Заставы.

Улица Водной Заставы.

Усадьба бюргера. Дом горожанина — один из редких примеров древнейшей городской застройки.

Усадьба бюргера. Дом горожанина — один из редких примеров древнейшей городской застройки.

Краснофлотская улица.

Краснофлотская улица.

Круглая башня, 1547—1550 гг.

Круглая башня, 1547—1550 гг.

Церковь Святых Петра и Павла — лютеранский храм.

Церковь Святых Петра и Павла — лютеранский храм.

Лодки.

Лодки.

Рыболов в цветах.

Рыболов в цветах.

Железная дорога.

Железная дорога.

Равелинные ворота.

Равелинные ворота.

Островная улица.

Островная улица.

Порт.

Порт.

Бастион Панцерлакс, 1579–1580 гг.

Бастион Панцерлакс, 1579–1580 гг.

Ничто не забыто.

Ничто не забыто.

На Питер

Я не собирался ехать в Питер по М10 при наличии более мелких дорог, так что в Подберезье свернул налево, на Некохово, Оcию и Село-Гору. При выезде из Новгорода меня застиг сильный ливень, который как следует вымочил одежду, — особого уюта в тот день я не испытывал. Зато выбранная дорога порадовала — это был приличный асфальт при минимуме трафика. Продолжалось это удовольствие до Финёва Луга, после которого началась довольно грязная грунтовка. С границами регионов всегда так: предполагается, что ты должен ехать по большой трассе, чтобы попадать из одной области в другую.

Миновав несколько первых деревень Ленобласти, я прибыл к большой стройке: много людей, много машин, шум двигателей. Это строилась новая автомагистраль М11, призванная соединить Москву и Питер наиболее быстрым и дорогим образом. Мужик в будке, у которого я спросил дорогу, подивился моему снаряжению. Он никак не мог взять в толк, почему я увешан сумками, как мотоциклист. Отъехав чуть дальше от шумных работ, я встал лагерем.

Следующий день оказался сухим и даже довольно солнечным. В десять часов я приехал в Любань, где не преминул посетить местный «Магнит». Накануне я имел неосторожность оставить у Ильи Фатеева свою баночку с чаем, и здесь я нашёл ей достойную замену. Так что знай, дорогой читатель: если вдруг тебе понадобится жестяная баночка под чай, рекомендую Любань – здесь хороший выбор.

Из Любани я опять же поехал не по М10, а на север, через Мгу. Хорошая дорога и живописные места, но после Мги существенно увеличивается трафик — дачники и всё такое. Наконец я добрался до Невы и поехал вверх по течению в Кировск. Там меня принял на ночлег Андрей Шилов — ещё один член Warmshowers. Андрей очень деятельный и занятой человек, он как раз собирался в большую четырёхнедельную поездку на машине на Кавказ. Тем не менее он выкроил время, чтобы принять меня и обеспечить всем необходимым для хорошего отдыха, за что ему большое спасибо.

На следующее утро я распрощался с Андреем и поехал из Кировска южным путём. Меня ждало посещение Синявинских высот, затем самого Синявино, откуда я вдоль Староладожского канала поехал на дачу к своим родственникам. У них я провёл одни сутки, значительная часть которых прошла, помимо посиделок, за съёмкой замечательного цветущего сада, устроенного трудолюбивой хозяйкой. Оттуда я отправился в Питер с заездом в Шлиссельбург. Дорога до Питера шумная, но обочина добротная, так что всё прошло прилично и безопасно. В самой Северной Столице моей задачей было достичь северной оконечности города (посещение исторического центра не входило в программу моего путешествия — нет смысла пытаться объять необъятное). Маршрут пролегал мимо родной общаги, что придало ему особую ностальгическую нотку. Я ехал по проезжей части, и это было в основном безопасно (насколько может быть безопасным движение по проезжей части в Питере). В конце концов я достиг цели, где меня ждала сестра.

Рыжие коровки в Новгородской области.

Рыжие коровки в Новгородской области.

Милахи.

Милахи.

Тёсово-Нетыльский.

Тёсово-Нетыльский.

Как ни близка природа

Как ни близка природа

человек оформляет по-своему.

человек оформляет по-своему.

Асфальт закончился.

Асфальт закончился.

Теперь как-то так.

Теперь как-то так.

Первая ночёвка в Ленобласти.

Первая ночёвка в Ленобласти.

Утро.

Утро.

Старший над борщевиками.

Старший над борщевиками.

Любань. Бурёнки застопили грузовик.

Любань. Бурёнки застопили грузовик.

Бородулино.

Бородулино.

Перекус в полях

Перекус в полях

под звон колокольчиков.

под звон колокольчиков.

Церковь Николая Чудотворца в Пельгоре, 1796-1806 гг.

Церковь Николая Чудотворца в Пельгоре, 1796-1806 гг.

У входа выставлены кресты

У входа выставлены кресты

самых разных видов.

самых разных видов.

Картошка здесь ещё маловата.

Картошка здесь ещё маловата.

Много дорожных работ.

Много дорожных работ.

Обед в полях

Обед в полях

снова среди цветов.

снова среди цветов.

Едем дальше.

Едем дальше.

Неподалёку от Мги.

Неподалёку от Мги.

Виднеется Успенская церковь в Сологубовке.

Виднеется Успенская церковь в Сологубовке.

Добрался до берегов Невы.

Добрался до берегов Невы.

Единоверский храм преподобного Сергия Радонежского.

Единоверский храм преподобного Сергия Радонежского.

Единоверие — это такое облегчённое старообрядчество с признанием Московского Патриархата.

Единоверие — это такое облегчённое старообрядчество с признанием Московского Патриархата.

Здесь столько военных памятников, что, кажется, сама земля помнит всё.

Здесь столько военных памятников, что, кажется, сама земля помнит всё.

Ребята осваивают технику.

Ребята осваивают технику.

Кировск.

Кировск.

Нева.

Нева.

Берёзки.

Берёзки.

Закат.

Закат.

После заката. Бассейн в Кировске.

После заката. Бассейн в Кировске.

Верной дорогой.

Верной дорогой.

На Синявинских высотах

На Синявинских высотах

мир и покой.

мир и покой.

Меня встречают.

Меня встречают.

Добро пожаловать.

Добро пожаловать.

Тяф-тяф.

Тяф-тяф.

Диву даёшься, что людям удаётся выращивать на шести сотках. Вот вьётся кверху фасоль.

Диву даёшься, что людям удаётся выращивать на шести сотках. Вот вьётся кверху фасоль.

А вот маргаритки

А вот маргаритки

и куча

и куча

других

других

растений

растений

и цветов

и цветов

всевозможных

всевозможных

видов

видов

и форм.

и форм.

Вот как-то так.

Вот как-то так.

Дя.

Дя.

Ещё долго я бродил по территории

Ещё долго я бродил по территории

обалдевая от всей этой красоты и многообразия.

обалдевая от всей этой красоты и многообразия.

Подумать только.

Подумать только.

Это ж сколько нужно вложить сил

Это ж сколько нужно вложить сил

времени

времени

энергии

энергии

и упорства

и упорства

чтобы

чтобы

всё

всё

это

это

вырастить.

вырастить.

Не забыв и про вкусненькое.

Не забыв и про вкусненькое.

В общем, хочешь жить в сказке

В общем, хочешь жить в сказке

становись сказочником.

становись сказочником.

Наталья — главный автор и виновник всего происходящего.

Наталья — главный автор и виновник всего происходящего.

Опять эти папарацци за своё.

Опять эти папарацци за своё.

Мяу.

Мяу.

Сколько раз ни обходи, постоянно находишь что-то новое.

Сколько раз ни обходи, постоянно находишь что-то новое.

Вот и помидорчики только радуют.

Вот и помидорчики только радуют.

Миша.

Миша.

Страх и трепет.

Страх и трепет.

Дружба.

Дружба.

Движуха.

Движуха.

Природа зовёт!

Природа зовёт!

Зовёт и не отпускает...

Зовёт и не отпускает…

Вот так ходишь

Вот так ходишь

и смотришь

и смотришь

и смотришь.

и смотришь.

Тётя Марина.

Тётя Марина.

Спасибо дачникам!

Спасибо дачникам!

Дя.

Дя.

Шлиссельбург.

Шлиссельбург.

Вдали виднеется крепость Орешек.

Вдали виднеется крепость Орешек.

Я взглянул на очередь на переправу, и тонкое внутреннее чутьё подсказало мне, что с моим велосипедом туда лучше не соваться.

Я взглянул на очередь на переправу, и тонкое внутреннее чутьё подсказало мне, что с моим велосипедом туда лучше не соваться.

На берегу полно солдат.

На берегу полно солдат.

Проходят поединки.

Проходят поединки.

Пётр не доволен отношением голубей.

Пётр не доволен отношением голубей.

Ловись, рыбка.

Ловись, рыбка.

Адмиралтейский якорь.

Адмиралтейский якорь.

Вид с Петровского моста.

Вид с Петровского моста.

Казанская часовня, Благовещенский собор, Никольский храм.

Казанская часовня, Благовещенский собор, Никольский храм.

На берегах Невы.

На берегах Невы.

Поклонный крест.

Поклонный крест.

Добрался.

Добрался.

Всё, что вам следует знать о питерском маркетинге.

Всё, что вам следует знать о питерском маркетинге.

На Псков и Новгород

Изборск лежит у самой эстонской границы. Там растут сухие и светлые сосновые леса. Когда я выехал из города и мимо этих лесов двинулся в сторону Пскова, наслаждаясь хорошей погодой и приятными горками, мобильный оператор почему-то решил, что я уже в Эстонии, и предложил мне выгодный роуминг.

Чуть севернее от моего маршрута залегло Псковское озеро. Я хотел взглянуть на него и попытался добраться до него через Калки и Анохово, но наткнулся на сплошную стену частного сектора и повернул обратно.

Дальше лес закончился и начались частые небольшие деревни, знаменующие близость Пскова. Я прибыл в город на следующий день в полдень. Моей первостепенной задачей было посещение велосипедного магазина: цепь совсем износилась и требовала замены. Я выбрал три ближайшие точки из справочника и проверил их. Первая оказалась несуществующей – магазин закрылся либо переехал. Вторая входила в состав большого торгового центра; сначала я долго блуждал в её поисках, а потом пытался объяснить двум барышням, какая цепь мне нужна; бесполезно, у них всё равно не было синглспида, необходимого для моей планетарки. Оставалась надежда на третий магазин, но был субботний день, и он закрывался довольно рано, так что пришлось поторопиться. Я успел как раз к закрытию. У них нашлось всё, что мне нужно, и я тут же, не удаляясь далеко, заменил цепь. Ехать стало гораздо приятнее.

В результате моих поисков я оказался возле северного выезда из города (ул. Леона Поземского), чем не преминул воспользоваться. Мне не хотелось снимать красоты древнего города в резком дневном свете. Я немного отъехал от города и разбил лагерь, где пообедал и отдохнул, а вечером опять собрался и направился в центр. Улица Леона Поземского привела меня прямо к цитадели.

Остаток дня и часть ночи я посвятил прогулкам по Пскову и фотосъёмке. Стояла хорошая погода. Я то бродил по Крому, то наблюдал за ним со стороны Высокой башни, то отлучался к какой-нибудь достопримечательности. Когда опустилась ночь, я предпринял пешую прогулку по правому берегу Великой, катя велосипед рядом с собой. Затем я вернулся к Крому и провёл несколько часов под его стенами в ожидании рассвета. Хоста в Пскове мне найти не удалось, так что на ночлег рассчитывать не приходилось. К счастью, ночи в разгар лета совсем короткие и ночная съёмка очень быстро превращается в утреннюю. Я вернулся к Высокой башне и сделал несколько утренних снимков Крома, после чего поехал прочь из города. Я свернул с М20 на новгородскую дорогу (Р56) и сразу же разбил лагерь в лесу, чтобы немного поспать.

Выспавшись, я поехал в сторону Великого Новгорода. Изначально в мой замысел входила малая дорога Лопатово–Дубровно с заездом в Никандрову пустынь, но этим планам не суждено было сбыться. Дело в том, что в один прекрасный момент моя планетарная втулка решила зависнуть на одной передаче. Особая пикантность состояла в том, что это была то ли самая высокая, то ли предпоследняя передача. Это означало, что приходилось прикладывать значительное давление на педали для продвижения вперёд. Я решил, что в этих условиях безопаснее оставаться на большой асфальтированной дороге. Стоит ли говорить, что моё продвижение в Новгород значительно ускорилось. Не обременённый трудностью выбора передачи, одарённый хорошей погодой и хорошей дорогой (а она действительно прекрасная, свежеотремонтированная — рекомендую всем новичкам и владельцам шоссеров), я покрыл за второй день дистанцию 150 км, что стало рекордом всего путешествия. К худу ли, к добру ли, но ближе к Новгороду передачи благополучно «отвисли».

В Великом Новгороде меня приютил пользователь Warmshowers Илья Фатеев. Велосипедист, программист и просто отличный парень, он на целых две ночи выделил для меня свою просторную комнату, клятвенно заверив, что предпочитает спать на кухне.

Следующий день после приезда я посвятил изучению Новгорода. С утра отправился к Кремлю пешком и поснимал его снаружи и изнутри. Затем зашёл за велосипедом и заскочил в веломастерскую, где меня благополучно отшили из-за обилия заказов (хотя и подарили пару гаек). Тогда я немного поколесил по центру и поехал в деревню Юрьево по маршруту, предложенному Ильёй. В Юрьево находится древний мужской монастырь с большими и красивыми церквями. После экскурсии я вернулся в центр, где немного посидел на лавочке и почитал книжку. Затем сделал кружок по северной части города. В какой-то момент наткнулся на указатель на Хутынский монастырь и решил съездить ещё и туда. К сожалению, ведущая к монастырю дорога находится в убогом состоянии, а поток машин при этом достаточно плотный, так что я не могу рекомендовать этот маршрут любителям приятной спокойной езды. Вернувшись в город, я замкнул северное кольцо своего маршрута и вновь оказался у Ильи. На следующее утро я поблагодарил своего хоста и сквозь дождь поехал на Питер.

Облагороженный канал, соединяющий озеро Калацкое с Псковским озером.

Облагороженный канал, соединяющий озеро Калацкое с Псковским озером.

Въезжаю в город.

Въезжаю в город.

Стена окольного города, возведена в XVI в. взамен деревянной.

Стена окольного города, возведена в XVI в. взамен деревянной.

Церковь Косьмы и Дамиана с Примостья, памятник истории и культуры федерального значения XV—XVI вв.

Церковь Косьмы и Дамиана с Примостья, памятник истории и культуры федерального значения XV—XVI вв.

Во дворе храма.

Во дворе храма.

Здешние священнослужители тоже предпочитают экологичный транспорт.

Здешние священнослужители тоже предпочитают экологичный транспорт.

Кром. Троицкая башня, 1400-1401 гг.

Кром. Троицкая башня, 1400-1401 гг.

Свято-Троицкий собор.

Свято-Троицкий собор.

Молодёжь сидит у подножия Кутекромы.

Молодёжь сидит у подножия Кутекромы.

Что там, на горизонте?

Что там, на горизонте?

Кутекрома с другой стороны.

Кутекрома с другой стороны.

Здесь течёт моя добрая знакомая – р. Великая.

Здесь течёт моя добрая знакомая – р. Великая.

Меж Кремлём и рекой.

Меж Кремлём и рекой.

Прибыл в Довмонтов город.

Прибыл в Довмонтов город.

Рыбницкая башня со Святыми воротами.

Рыбницкая башня со Святыми воротами.

Великие ворота.

Великие ворота.

Прохожу в них.

Прохожу в них.

Вид на Троицкий собор с Вечевой площади

Вид на Троицкий собор с Вечевой площади

и с другой стороны.

и с другой стороны.

Ул. Советская. Колокольня церкви Михаила и Гавриила Архангелов с Городца.

Ул. Советская. Колокольня церкви Михаила и Гавриила Архангелов с Городца.

Выхожу на площадь Ленина.

Выхожу на площадь Ленина.

Псковский государственный университет.

Псковский государственный университет.

Единение.

Единение.

Церковь Успения у парома. Впервые упомянута в летописи в 1444 г.

Церковь Успения у парома. Впервые упомянута в летописи в 1444 г.

Так вот она, отправная точка.

Так вот она, отправная точка.

По ту сторону моста.

По ту сторону моста.

Последние лучи на церкви Косьмы и Дамиана.

Последние лучи на церкви Косьмы и Дамиана.

Вечерний вид на Троицкий собор.

Вечерний вид на Троицкий собор.

Стена с Кутекромой.

Стена с Кутекромой.

Ильич удит рыбку.

Ильич удит рыбку.

Народ сидит у Плоской башни.

Народ сидит у Плоской башни.

Я сижу напротив.

Я сижу напротив.

В месте, где Пскова несёт свои воды в Великую

В месте, где Пскова несёт свои воды в Великую

пока над городом тихо опускается вечер

пока над городом тихо опускается вечер

и лучи смущённо краснеют, прощаясь с древними стенами.

и лучи смущённо краснеют, прощаясь с древними стенами.

Над Троицким собором взвился полумрак.

Над Троицким собором взвился полумрак.

Солнце ушло

Солнце ушло

куда-то к устью Великой.

куда-то к устью Великой.

Но увлечённого человека темнотой не напугаешь.

Но увлечённого человека темнотой не напугаешь.

Дневной огонь удаляется

Дневной огонь удаляется

тогда как с другой стороны поднимается другой.

тогда как с другой стороны поднимается другой.

Троицкий собор с колокольней, сумеречная версия.

Троицкий собор с колокольней, сумеречная версия.

Церковь Петра и Павла с Буя.

Церковь Петра и Павла с Буя.

Церковь Богоявления с Запсковья.

Церковь Богоявления с Запсковья.

Звонница.

Звонница.

Церковь Святой Великомученицы Анастасии Узорешительницы.

Церковь Святой Великомученицы Анастасии Узорешительницы.

Колокольня.

Колокольня.

Церковь Василия на Горке.

Церковь Василия на Горке.

Колокольня.

Колокольня.

Княгиня Ольга с внуком.

Княгиня Ольга с внуком.

Ольгинский мост.

Ольгинский мост.

Вид на мост с берега Великой.

Вид на мост с берега Великой.

Ночная Кутекрома.

Ночная Кутекрома.

Четыре фонаря.

Четыре фонаря.

Подъём.

Подъём.

Подъём, говорю!

Подъём, говорю!

Пора двигаться.

Пора двигаться.

Один взгляд назад.

Один взгляд назад.

Троицкая башня на рассвете.

Троицкая башня на рассвете.

Луна ныряет за стену Крома

Луна ныряет за стену Крома

и уходит куда-то в Овсище.

и уходит куда-то в Овсище.

 

Дисней не представляет.

Дисней не представляет.

Башня Высокая.

Башня Высокая.

Стена Окольного города.

Стена Окольного города.

Утро красит нежным светом

Утро красит нежным светом

стены Кремля и не только.

стены Кремля и не только.

Утренний Псков.

Утренний Псков.

Рыбницкая башня с внешней стороны.

Рыбницкая башня с внешней стороны.

В сквере.

В сквере.

Утренняя княгиня Ольга. До новых встреч!

Утренняя княгиня Ольга. До новых встреч!

В Плосково спросил воды, и женщина меня направила к этому ручью.

В Плосково спросил воды, и женщина направила меня к этому ручью.

У самих колодца нет — берёт отсюда.

У самих колодца нет — берёт отсюда.

Так я оказался в полевых условиях.

Так я оказался в полевых условиях.

Успенская церковь в Молочково, 1815 г.

Успенская церковь в Молочково, 1815 г.

Рапсовые поля есть и в Новгородской области.

Рапсовые поля есть и в Новгородской области.

Пруд недалеко от Новгорода.

Пруд недалеко от Новгорода.

И вот я здесь.

И вот я здесь.

Садко.

Садко.

Правительство.

Правительство.

Кремлёвский парк.

Кремлёвский парк.

Монументы.

Монументы.

Стена Детинца и Дворцовая башня.

Стена Детинца и Дворцовая башня.

На Софийской набережной отведена полоса для велосипедистов.

На Софийской набережной отведена полоса для велосипедистов.

Народная тропа.

Народная тропа.

На берегу Волхова организован настоящий пляж.

На берегу Волхова организован настоящий пляж.

Звонница Софийского собора.

Звонница Софийского собора.

Коллекция колоколов.

Коллекция колоколов.

Собор Святой Софии, один из древнейших храмов России (1045—1050 гг.).

Собор Святой Софии, один из древнейших храмов России (1045—1050 гг.).

Взгляд от стен собора: влево

Взгляд от стен собора: влево

и вправо.

и вправо.

Часозвоня и Грановитая палата, ведутся раскопки и реставрационные работы.

Часозвоня и Грановитая палата, ведутся раскопки и реставрационные работы.

Митрополичья башня.

Митрополичья башня.

Лихудов корпус. Один

Лихудов корпус. Один

два

два

три.

три.

Перед звонницей — Церковь Входа в Иерусалим.

Перед звонницей — Церковь Входа в Иерусалим.

Памятник 'Тысячелетие России'.

Памятник ‘Тысячелетие России’.

Верхушка.

Верхушка.

Ворона.

Ворона.

Башня Кокуй.

Башня Кокуй.

Спасская башня.

Спасская башня.

Церковь Андрея Стратилата.

Церковь Андрея Стратилата.

У входа в музей.

У входа в музей.

Уроженец Новгородской губернии Сергей Васильевич Рахманинов.

Уроженец Новгородской губернии Сергей Васильевич Рахманинов.

Церковь Фёдора Стратилата на Щиркове улице.

Церковь Фёдора Стратилата на Щиркове улице.

Колокол.

Колокол.

Храм Святых Апостолов Петра и Павла — единственная действующая католическая церковь, встреченная мной в России.

Храм Святых Апостолов Петра и Павла — единственная действующая католическая церковь, встреченная мной в России.

Ярославово Дворище.

Ярославово Дворище.

Ганзейские дни в России — 2009 год.

Ганзейские дни в России — 2009 год.

Никольский собор, 1113–1136 гг.

Никольский собор, 1113–1136 гг.

Фрегат-ресторан.

Фрегат-ресторан.

Где же моя темноглазая, где...

Где же моя темноглазая, где…

А она под боком, села передохнуть.

А она под боком, села передохнуть.

Кто-то предпочитает активный отдых.

Кто-то предпочитает активный отдых.

Кому-то вообще не до отдыха — неустанно трудится во благо народа.

Кому-то вообще не до отдыха — неустанно трудится во благо народа.

Церковь Двенадцати Апостолов на Пропастех, 1454—1455 гг.

Церковь Двенадцати Апостолов на Пропастех, 1454—1455 гг.

Великий Новгород — город воинской славы.

Великий Новгород — город воинской славы.

Тройка.

Тройка.

Церковь Рождества Богородицы в Перынском скиту, XIII в.

Церковь Рождества Богородицы в Перынском скиту, XIII в.

один из самых маленьких храмов новгородской земли.

один из самых маленьких храмов новгородской земли.

Найди мальчика.

Найди мальчика.

Юрьев монастырь. Крестовоздвиженский собор.

Юрьев монастырь. Крестовоздвиженский собор.

Колокольня — 52 метра.

Колокольня — 52 метра.

Монастырская дверь.

Монастырская дверь.

Георгиевский собор, 1119–1130 гг.

Георгиевский собор, 1119–1130 гг.

Со стороны входа.

Со стороны входа.

Архимандритский корпус и Спасский собор.

Архимандритский корпус и Спасский собор.

Отдыхающие.

Отдыхающие.

Ещё один пляж на Волхове.

Ещё один пляж на Волхове.

Солнце скрылось, но новгородцев этим не отпугнуть.

Солнце скрылось, но новгородцев этим не отпугнуть.

Водные процедуры.

Водные процедуры.

Джунгли зовут.

Джунгли зовут.

У Кремля народу тоже прибыло.

У Кремля народу тоже прибыло.

За Детинцем расположились теннисные корты.

За Детинцем расположились теннисные корты.

Варлаамо-Хутынский Спасо-Преображенский женский монастырь.

Варлаамо-Хутынский Спасо-Преображенский женский монастырь.

Вид с Колмовского моста.

Вид с Колмовского моста.

Церковь Петра и Павла в Кожевниках, 1406 г.

Церковь Петра и Павла в Кожевниках, 1406 г.

Сложена из блоков известняка и кирпича и не оштукатурена.

Сложена из блоков известняка и кирпича и не оштукатурена.

Остров. Изборск. Печоры

С пушкиногорской дороги я вернулся на М20 и по ней направился в Остров. Ехалось легко, пусть и не очень приятно из-за большого потока машин. Иногда налетали тучи с дождём. От одной из них я укрылся на безлюдной автобусной остановке, там же сварил обед и поел. В Острове я провёл несколько часов, фотографировал цепные мосты и другие достопримечательности. Несколько раз подходили люди и интересовались моей сущностью. Один мужчина поведал об истории города, указал на остатки крепости, посетовал на большевиков, пустивших крепость на мощение дороги, рассказал, где ещё есть интересные объекты.

Выезд из города был извилист и длинен, так что выбрался я уже под вечер. Нужно было раздобыть воды для лагеря, и я обратился к хозяйке в ближайшей деревне. Она не только снабдила меня водой, но также предложила заменить мои бутылки на новые и пригласила на чай. Мне не хотелось задерживаться, потому что я и так уже много времени потратил на прохождение города, так что пришлось ответить отказом. За остаток вечера я проехал более половины пути от Острова до Изборска и разбил лагерь на холмистом лугу недалеко от Палкино.

После вчерашнего ремонта передачи не вполне хорошо переключались, поэтому я решил поковыряться во втулке. В это время закатное небо переливалось разноцветными красками, пробегавшие тучи принимали самые причудливые формы, а над восточным горизонтом образовалась радуга. Как ни прискорбно, но в один из самых красивых вечеров поездки я не занимался фотосъёмкой, потому что мои руки были по локти в масле. Тем более что проблему со втулкой решить не удалось: она порой зависала на определённой передаче, которая ни за что не хотела меняться.

На следующее утро я приехал в Изборск, где сразу направился в крепость (вход платный). Оставил велосипед за будкой билетёра и пошёл гулять по территории. Затем, уже с велосипедом, через кладбище пришёл в Труворово городище, спустился к Городищенскому озеру и Словенским ключам, где набрал воды на дорогу.

Дальнейший путь шёл мимо Спасо-Онуфриева скита в Мальской долине, так что я решил заехать взглянуть на него. К монастырю ведёт весьма крутая грунтовая дорога, и, проехав по ней, я, видимо, потерял соединительное звено (замок) велосипедной цепи. Это стало очевидно, когда за Малами моя цепь неожиданно разъединилась. Это грозило большими проблемами, т.к. запасного замка у меня с собой не было. В этом время из Малов прибыл другой велосипедист, коим оказался некий седобородый старец. Сначала он поинтересовался, «что я посеял», затем порекомендовал читать «Верую», наконец, со словами «нужно помогать» поехал назад и вскоре воротился с необходимым звеном. Так, благодаря этому человеку (очевидно, святому) мне удалось быстро решить проблему и к вечеру доехать до Печор.

В Печорах мой план состоял в том, чтобы остановиться в Доме паломника при Свято-Успенском Псково-Печерском монастыре. Я приехал прямо на место, но оттуда меня отправили в монастырскую администрацию, так что пришлось ещё раз проделать путь по Юрьевской улице. Я представился паломником и сказал, что путешествую по святым местам, и меня без проблем вписали на одни сутки. Я ночевал во втором корпусе паломнического центра. В комнате, помимо меня, проживало ещё человек пять. На этаже был туалет, душ, столовая, где можно было вскипятить чайку; обедать и ужинать можно было в центральной столовой за пожертвования.

Утром я отправился в монастырь, отстоял праздничную службу в честь Иоанна Предтечи (7 июля), вернулся в корпус и занялся стиркой одежды. Потом снова пошёл к монастырю, чтобы поснимать территорию. После обеда я снова снарядил велосипед и выехал в сторону Пскова.

На территории Дома паломника встречалось немало интересных персонажей, будь то участники крестных ходов или просто любители повести богословские беседы. Встретился также «коллега» – велотурист из Киева, который рассказал мне о своей поездке по Пути Святого Иакова. Этот маршрут дался ему с трудом, поскольку он избрал пешеходную версию, мало приспособленную для преодоления на велосипеде.

Домик по М20.

Домик по М20.

Прибыл в Остров.

Прибыл в Остров.

Засмотрелся на мост.

Засмотрелся на мост.

До Даугавпилса отсюда ближе.

До Даугавпилса отсюда ближе.

Никольская церковь на острове в Острове.

Никольская церковь на острове в Острове.

Построена в 1542 г. Действует.

Построена в 1542 г. Действует.

Стена

Стена

вход

вход

сохранившиеся надписи на барабане.

сохранившиеся надписи на барабане.

По заросшей реке Великой бродят цапли.

По заросшей реке Великой бродят цапли.

Посветлело.

Посветлело.

Автомобильное движение по мостам закрыто, но конные экипажи чувствуют себя здесь вольготно.

Автомобильное движение по мостам закрыто, но конные экипажи чувствуют себя здесь вольготно.

То же можно сказать и о велосипедистах.

То же можно сказать и о велосипедистах.

Вот и я припарковался.

Вот и я припарковался.

На мостах скрепляют свои узы новобрачные.

На мостах скрепляют свои узы новобрачные.

На левом берегу стоит Спасо-Казанский Симанский монастырь.

На левом берегу стоит Спасо-Казанский Симанский монастырь.

Правый берег зелен.

Правый берег зелен.

Вид на Троицкий собор.

Вид на Троицкий собор.

Площадь Клавдии Назаровой.

Площадь Клавдии Назаровой.

За городом.

За городом.

Бродяга в Китенках.

Бродяга в Китенках.

Цветочный луг.

Цветочный луг.

Приятно встать лагерем в таком месте

Приятно встать лагерем в таком месте

повтыкать не цветы

повтыкать не цветы

подумать о жизни (или о том, как починить велосипед).

подумать о жизни (или о том, как починить велосипед).

Дорога на Изборск.

Дорога на Изборск.

"Чё, позвонить сложно было?"

«Чё, позвонить сложно было?»

Туристическая часть Изборска напоминает декорации к вестерну.

Туристическая часть Изборска напоминает декорации к вестерну.

Хочешь тебе – брусчатка, хочешь – булыжник (для особых ценителей).

Хочешь тебе – брусчатка, хочешь – булыжник (для особых ценителей).

Украшение ворот церкви Сергия Радонежского и Никандра.

Украшение ворот церкви Сергия Радонежского и Никандра.

Церковь стоит на старинном погосте.

Церковь стоит на старинном погосте.

Изборская крепость на Жеравьей горе, XIV-XVI веков постройки.

Изборская крепость на Жеравьей горе, XIV-XVI веков постройки.

В проёме Никольских ворот виднеется билетная касса.

В проёме Никольских ворот виднеется билетная касса.

На страже ворот сам Николай Мирликийский.

На страже ворот сам Николай Мирликийский.

Южная стена.

Южная стена.

В центре стены – колокольная башня, когда-то на ней находилась звонница.

В центре стены – колокольная башня, когда-то на ней находилась звонница.

Попав внутрь, можно подняться на стены.

Попав внутрь, можно подняться на стены.

Отсюда лучше виден Никольский собор, XIV в.

Отсюда лучше виден Никольский собор, XIV в.

да и вообще территория.

да и вообще территория.

Не говоря уже об окрестностях.

Не говоря уже об окрестностях.

Дома

Дома

поля

поля

и, слева, Городищенское озеро.

и, слева, Городищенское озеро.

На стене.

На стене.

Кое-кто чувствует себя здесь как дома.

Кое-кто чувствует себя здесь как дома.

Высматривает добычу.

Высматривает добычу.

Знает все входы и выходы.

Знает все входы и выходы.

Внутри башни.

Внутри башни.

Никольский собор снизу.

Никольский собор снизу.

Тайный подземный ход, ведущий к роднику.

Тайный подземный ход, ведущий к роднику.

Ещё один дозорный.

Ещё один дозорный.

Башня Темнушка.

Башня Темнушка.

Западная сторона.

Западная сторона.

Часовня иконы Корсунской Божией Матери.

Часовня иконы Корсунской Божией Матери.

Изборское кладбище.

Изборское кладбище.

Здесь находится т.н. Труворов крест.

Здесь находится т.н. Труворов крест.

Датируется XIV – XV вв. К Трувору (легендарному брату Рюрика, княжившему в Изборске) отношения не имеет.

Датируется XIV – XV вв. К Трувору (легендарному брату Рюрика, княжившему в Изборске) отношения не имеет.

Ника.

Ника.

Дорога выходит из кладбища и идёт вверх к Труворову городищу и церкви Николы.

Дорога выходит из кладбища и идёт вверх к Труворову городищу и церкви Николы.

Отсюда открывается сногсшибательный вид на долину и озеро.

Отсюда открывается сногсшибательный вид на долину и озеро.

Ляпота.

Ляпота.

Предполагается, что церковь Николы построена в XVII в. на месте более древнего храма.

Предполагается, что церковь Николы построена в XVII в. на месте более древнего храма.

Спускаюсь вниз к озеру.

Спускаюсь вниз к озеру.

Народ здесь релаксирует и общается с пернатыми.

Народ здесь релаксирует и общается с пернатыми.

Туристов в летнее время немало

Туристов в летнее время немало

так что кто-то явно съедает больше, чем ему требуется.

так что кто-то явно съедает больше, чем ему требуется.

Гадкие утята тоже учатся лёгкой жизни.

Гадкие утята тоже учатся лёгкой жизни.

Сквозь толщу известняка пробили себе дорогу Словенские ключи.

Сквозь толщу известняка пробили себе дорогу Словенские ключи.

Протекая мимо мощных корней

Протекая мимо мощных корней

они несут свои воды прямо в озеро.

они несут свои воды прямо в озеро.

Найдя удобные струйки, я набираю воды на дорогу.

Найдя удобные струйки, я набираю воды на дорогу.

Затем, бросив последний взгляд на крепость, покидаю Изборск.

Затем, бросив последний взгляд на крепость, покидаю Изборск.

За деревней виднеются поклонный крест и часовня Державной Богоматери.

За деревней виднеются поклонный крест и часовня Державной Богоматери.

За деревней Малы передо мной открывается одноимённая, т.е. Мальская, долина. 'Кирпич' намекает, что дальнейшая дорога не для всех.

За деревней Малы передо мной открывается одноимённая, т.е. Мальская, долина. ‘Кирпич’ намекает, что дальнейшая дорога не для всех.

Меж тем дорога прекрасна.

Меж тем дорога прекрасна.

Вскоре она приводит к монастырю.

Вскоре она приводит к монастырю.

Синие купола принадлежат собору Рождества Христова.

Синие купола принадлежат собору Рождества Христова.

Думаю, приблизительно на этом спуске я и потерял цепной замок.

Думаю, приблизительно на этом спуске я и потерял цепной замок.

Тем не менее к вечеру мне удалось добраться до Печор.

Тем не менее к вечеру мне удалось добраться до Печор.

После недолгих перипетий я заглянул в главный корпус Дома паломника.

После недолгих перипетий я заглянул в главный корпус Дома паломника.

Там мне выписали сию бумагу. Что характерно, номер комнаты тоже был 7.

Там мне выписали сию бумагу. Что характерно, номер комнаты тоже был 7.

Утро на площадке перед вторым корпусом.

Утро на площадке перед вторым корпусом.

Здесь много памятников героям ВОВ.

Здесь много памятников героям ВОВ.

Стены клуба испещрены образами.

Стены клуба испещрены образами.

Неподалёку строится храм.

Неподалёку строится храм.

Я иду по утренним Печорам.

Я иду по утренним Печорам.

В городе много деревянных построек.

В городе много деревянных построек.

Пройдя Юрьевскую улицу, вскоре упираешься в церковь Севастийских мучеников.

Пройдя Юрьевскую улицу, вскоре упираешься в церковь Севастийских мучеников.

За ней стоит ещё один храм — церковь Варвары Великомученицы.

За ней стоит ещё один храм — церковь Варвары Великомученицы.

Затем площадь

Затем площадь

и Свято-Успенский Псково-Печерский мужской монастырь.

и Свято-Успенский Псково-Печерский мужской монастырь.

Петровская башня с медными часами.

Петровская башня с медными часами.

Заглавная икона Успенского монастыря.

Заглавная икона Успенского монастыря.

В XVI в. монастырь был тщательно укреплён преподобным мучеником Корнилием.

В XVI в. монастырь был тщательно укреплён преподобным мучеником Корнилием.

Путь к Успенскому храму назван 'кровавым'. Согласно преданию, Иван Грозный нёс здесь Корнилия, которого убил из-за подозрений в измене.

Путь к Успенскому храму назван ‘кровавым’. Согласно преданию, Иван Грозный нёс здесь Корнилия, которого убил из-за подозрений в измене.

Главный храм богато украшен

Главный храм богато украшен

различными иконами.

различными иконами.

Площадь перед храмом, если смотреть от входа в Богом Зданные пещеры. Завершение кровавой дорожки.

Площадь перед храмом, если смотреть от входа в Богом Зданные пещеры. Завершение кровавой дорожки.

Дом наместника и купол собора Михаила Архангела.

Дом наместника и купол собора Михаила Архангела.

Большая звонница.

Большая звонница.

По монастырю можно долго бродить, рассматривая детали

По монастырю можно долго бродить, рассматривая детали

особенности архитектуры

особенности архитектуры

и садоводческие приёмы.

и садоводческие приёмы.

Цветов на территории действительно много.

Цветов на территории действительно много.

Они украшают фасады и интерьеры зданий

Они украшают фасады и интерьеры зданий

растут на клумбах

растут на клумбах

окружают деревья

окружают деревья

занимают ниши.

занимают ниши.

Возле часовни.

Возле часовни.

Вид на церковь Воскрешения Лазаря и примыкающую к ней трапезную.

Вид на церковь Воскрешения Лазаря и примыкающую к ней трапезную.

Церковь с прилежащим к ней зданием устроена при Архимандрите Петре (Можайском) между 1792 и 1800 годами.

Церковь с прилежащим к ней зданием устроена при Архимандрите Петре (Можайском) между 1792 и 1800 годами.

Служебный вход.

Служебный вход.

Михайловский собор – самый большой храм в монастыре.

Михайловский собор – самый большой храм в монастыре.

Воздвигнут в 1827 году в память избавления города Пскова от нашествия Наполеона.

Воздвигнут в 1827 году в память избавления города Пскова от нашествия Наполеона.

Колодец подле храма.

Колодец подле храма.

У Святых врат.

У Святых врат.

Надвратная Никольская церковь, 1565 г. Согласно преданию, именно за этими вратами преподобный игумен Корнилий принял мученическую кончину

Надвратная Никольская церковь, 1565 г. Согласно преданию, именно за этими вратами преподобный игумен Корнилий принял мученическую кончину

за что и увековечен в бронзе.

за что и увековечен в бронзе.

Я возвращаюсь в Дом паломника тем же путём.

Я возвращаюсь в Дом паломника тем же путём.

На Пушгоры

Пограничный пункт Кострово–Байдаково оказался безлюден. Никто не остановил меня даже для проверки документов, так что о начале Псковской области я узнал только по соответствующей табличке. Плохой асфальт вскоре сменился старой доброй гравийкой. Я оказался на территории Себежского национального парка. Вдоль дороги росли высокие густые леса, лежали небольшие озёра, иногда попадались деревни. Лишь в семи километрах от Себежа, на развилке, меня остановили на заставе и спросили документы. Был уже вечер, я проехал ещё немного вперёд и остановился на берегу одного из многочисленных местных озёр, не доехав до города пары километров. Это было отличное место, там было много птиц, но совсем не было людей и, самое главное, комаров. Их отсутствие поразило меня. Неужели все комары остались в Беларуси? Я решил, что это хороший знак. К сожалению, это был один из немногих вечеров без этих ребят.

На следующее утро я добрался до Себежа. Я прокатился по городу, погулял по набережной, купил российскую сим-карту и продукты, после чего поехал в сторону Опочки. На дороге было много машин и совсем не было асфальта на обочине. Как это ни было неприятно, но порой приходилось во имя безопасности ехать по гравию. Затем моя доля хорошей погоды закончилась и начался дождь. Он освежал меня всю дорогу до Опочки, да и сам городок я проехал под ливнем не останавливаясь. Там я впервые пересёк реку Великую. После Опочки я проехал немного по М20, а затем свернул на просёлочную дорогу, ведущую в Пушкинские Горы. Асфальт довольно скоро сменился гравием. В районе деревни Коровкино я свернул в лес и разбил лагерь. Было сыро, и было много комаров. Как ни парадоксально, приближаясь к пушкинским местам, я меньше всего думал о красоте природы. Всё больше на ум приходили какие-то нехорошие слова. Прав, бесконечно прав был Александр Сергеевич: «Когда б не зной, да комары, да мухи…» Только «зной» следовало бы заменить на «дождь» в моём случае.

На следующее утро, однако, светило солнце. Весело покатил я мимо рапсовых полей к Пушкинским Горам… Тут перестук, преследовавший меня с Брестской области, превратился в скрежет, педали застопорились и велосипед встал. Задняя звёздочка наотрез отказывалась крутиться и крутить колесо. Вместе с этим — прокол. Я выволок велосипед на автобусную остановку, разгрузил его и приступил к ремонту. Проблема, безусловно, крылась в планетарной втулке, но всё, что я мог сделать с ней в полевых условиях, — это вскрыть, осмотреть, смазать и надеяться на лучшее. Как ни странно, это помогло, и после устранения прокола я поехал дальше. Правда, ощущалась потеря эффективности, теперь велосипед двигался как бы с сопротивлением. Мне оставалось смириться с этим. Настроение хорошего дня было безвозвратно потеряно. Так происходит всегда, когда проводишь долгое время с техникой: если что-то ломается, чувствуешь себя не в своей тарелке.

Тем не менее я благополучно приехал в Пушкинские Горы, а оттуда сразу направился в Михайловское. Несмотря на ухудшающуюся погоду, сразу стало ясно, откуда Пушкин черпал вдохновение: когда смотришь на всю эту красоту, на ум невольно приходят поэтические мысли. По совету экскурсовода я оставил велосипед за административным зданием и просто погулял по усадьбе, парку и окрестностям. Потом вернулся в Пушкинские Горы, где заехал в Святогорский монастырь и посетил могилу поэта. Вечерний лагерь разбил в березняке на пути к М20.

Страна берёз

Страна берёз

и тихих деревень

и тихих деревень

и дорог без асфальта.

и дорог без асфальта.

Порой под слоем гравия проступает другая дорога.

Порой под слоем гравия проступает другая дорога.

То слева, то справа мелькают озёра.

То слева, то справа мелькают озёра.

Впервые столкнулся с будками Россвязи, ещё не знал, что они есть в каждом населённом пункте.

Впервые столкнулся с будками Россвязи, ещё не знал, что они есть в каждом населённом пункте.

Бондари.

Бондари.

Дорога не всегда горизонтальная и прямая.

Дорога не всегда горизонтальная и прямая.

По сторонам много старых деревьев.

По сторонам много старых деревьев.

Остановка.

Остановка.

Мимо Себежа трудно промахнуться.

Мимо Себежа трудно промахнуться.

Ночёвка на озере в компании уток.

Ночёвка на озере в компании уток.

Здесь хорошо.

Здесь хорошо.

Подъехал к себежкскому роднику.

Подъехал к себежкскому роднику.

На месте источника стоит часовня. Иван Бунин посвятил ей стихотворение "Светляк" в 1912 г. В 1931 была разрушена, теперь отстроена заново.

На месте источника стоит часовня. Иван Бунин посвятил ей стихотворение «Светляк» в 1912 г. В 1931 была разрушена, теперь отстроена заново.

Купель рядом с часовней.

Купель рядом с часовней.

От благодарных полковников.

От благодарных полковников.

Озеро Ороно

Озеро Ороно

и его воды.

и его воды.

Практически каждый город на Псковщине — это крепость.

Практически каждый город на Псковщине — это крепость.

Площадь Ленина.

Площадь Ленина.

Чайка пытается командовать парадом

Чайка пытается командовать парадом

но уткам как-то всё равно.

но уткам как-то всё равно.

Крякве вообще фиолетово.

Крякве вообще фиолетово.

Набережная.

Набережная.

Зелёный уголок.

Зелёный уголок.

Налёт старины.

Налёт старины.

Замковая гора.

Замковая гора.

Колокольня собора Рождества Христова. Собор не сохранился.

Колокольня собора Рождества Христова. Собор не сохранился.

Вид сверху.

Вид сверху.

Старый дом.

Старый дом.

Троицкая церковь, занимает перестроенное здание костёла.

Троицкая церковь, занимает перестроенное здание костёла.

Колокол.

Колокол.

Колокол у входа.

Колокол у входа.

На улицах Себежа.

На улицах Себежа.

Вид на колокольню.

Вид на колокольню.

Цветочный балкончик.

Цветочный балкончик.

Здание по главной улице.

Здание по главной улице.

Так, народ, слушай мою команду.

Так, народ, слушай мою команду.

Готовимся отражать атаку с фланга.

Готовимся отражать атаку с фланга.

Церковь Петра и Павла.

Церковь Петра и Павла.

За городом.

За городом.

Справа по курсу необычная поляна.

Справа по курсу необычная поляна.

Оказалось — немецкое военное захоронение.

Оказалось — немецкое военное захоронение.

Большие надгробия со множеством имён.

Большие надгробия со множеством имён.

Дорога недружественна к велосипедисту.

Дорога недружественна к велосипедисту.

Крошке Еноту пора на диету.

Крошке Еноту пора на диету.

Обед в цветах.

Обед в цветах.

Особая конструкция асфальта позволяет кататься по лужам даже при небольшом количестве воды.

Особая конструкция асфальта позволяет кататься по лужам даже при небольшом количестве воды.

М20 такой фичи не имеет.

М20 такой фичи не имеет.

Дорога на Пушкинские Горы поначалу прикидывается, будто она асфальтирована.

Дорога на Пушкинские Горы поначалу прикидывается, будто она асфальтирована.

На сегодня дождь оставлен позади.

На сегодня дождь оставлен позади.

Российская деревня — наглядный пример упорядоченного хаоса.

Российская деревня — наглядный пример упорядоченного хаоса.

Дорога показала своё истинное лицо.

Дорога показала своё истинное лицо.

Местность дика и необузданна.

Местность дика и необузданна.

Утро.

Утро.

Я на верном пути.

Я на верном пути.

Развалины плотины братьев Тиме на реке Кудке в Захино.

Развалины плотины братьев Тиме на реке Кудке в Захино.

Цветы

Цветы

трава

трава

земля

земля

и рапс.

и рапс.

Остановка на ремонт.

Остановка на ремонт.

Здесь тоже водятся аисты.

Здесь тоже водятся аисты.

Подъезжаю к Пушкинским Горам.

Подъезжаю к Пушкинским Горам.

Дорога в Михайловское.

Дорога в Михайловское.

Пройдя по Еловой аллее, попадаешь на место.

Пройдя по Еловой аллее, попадаешь на место.

Центральный круг с вязом и двадцатью шестью липами вокруг.

Центральный круг с вязом и двадцатью шестью липами вокруг.

Усадебный дом.

Усадебный дом.

Вход.

Вход.

По правую руку — кухня.

По правую руку — кухня.

Слева — домик няни.

Слева — домик няни.

Заднее крыльцо.

Заднее крыльцо.

Спуск к реке Сороть.

Спуск к реке Сороть.

За забором усадьбы подрастает капуста.

За забором усадьбы подрастает капуста.

Тропа ведёт к "полуострову" между рекой Сороть и озером Маленец

Тропа ведёт к «полуострову» между рекой Сороть и озером Маленец

где стоит ветряная мельница.

где стоит ветряная мельница.

По другую сторону расположен парк

По другую сторону расположен парк

по которому можно долго гулять и вдохновляться

по которому можно долго гулять и вдохновляться

отыскать горбатый мостик

отыскать горбатый мостик

перейти по нему

перейти по нему

подняться по ступеням

подняться по ступеням

помянуть бывших

помянуть бывших

пройти по дорожке

пройти по дорожке

любуясь цветами

любуясь цветами

разных видов и форм.

разных видов и форм.

Пройти мимо дома престарелых литераторов

Пройти мимо дома престарелых литераторов

вернуться в парк и найти непонятную дверцу.

вернуться в парк и найти непонятную дверцу.

Каменный крест рядом с часовней Михаила Архангела.

Каменный крест рядом с часовней Михаила Архангела.

Святогорский Успенский монастырь.

Святогорский Успенский монастырь.

Успенский собор.

Успенский собор.

Южный придел (в честь иконы Божией Матери Одигитрии).

Южный придел (в честь иконы Божией Матери Одигитрии).

Колокольня.

Колокольня.

На территории монастыря находится родовая усыпальница Ганнибалов-Пушкиных.

На территории монастыря находится родовая усыпальница Ганнибалов-Пушкиных.

Здесь похоронен и Александр Сергеевич Пушкин.

Здесь похоронен и Александр Сергеевич Пушкин.

Могила поэта.

Могила поэта.

Вид с территории монастыря.

Вид с территории монастыря.

Лестница вверх

Лестница вверх

и вниз.

и вниз.

Русский пейзаж.

Русский пейзаж.

Очередная встреча.

Очередная встреча.

Вечер над рекой Великой.

Вечер над рекой Великой.